Библиотека

Цветок яблони стр. 98

Размер шрифта
-
+
Тема

отбитая, ушла в светлеющее небо.

— А теперь вперед, Маленькая смерть, — подзадорил ее голос. — Покажи, чему ты успела научиться.

Глава десятая

Ради мира и спокойствия

Миерон всегда говорил мне, что эти двери никогда не стоило бы открывать. Что до нашего прихода, до того, как мы обрели сознание, они уже были там. Это был их мир. Куда более суровый, но в то же время чище, чем наш. Не запятнанный. И существа эти сильны и непознаваемы. Они остались прежними, тогда как асторэ превратились в шауттов. Милт своим приемным ученикам. Наставления.

Риона стала городом слизи.

Серой, тягучей, пахнущей тошнотворно. И в запахе, мгновенно забившем нос, таилось нечто жуткое, отталкивающее для любого живого существа.

Куда более неприятное, чем сладковатый дух смерти, встречающийся на полях сражений или разоренных мэлгами могильниках. И так думал не только Тэо. У всех, кроме Мильвио, на лицах застыло глубокое отвращение.

Здесь было не холодно и не жарко. Бесцветно. А еще очень влажно. Ощущение, словно они оказались рядом с распахнутой пастью невидимого гигантского пса.

Друзья прошли сквозь зеркало без проблем, Марид, оставшийся за спиной, продолжал стенать о яблонях, заблудившийся в своих не то грезах, не то кошмарах, не преследовал их и не пытался остановить. Шаутты, если и были там, затаились, и знакомый акробату подвал на этой «стороне» мира, был точно таким же, каким он его запомнил.

Темно-бордовая неровная кладка, бледная плесень на стенах. Зеркало — тоже знакомое — тусклое и мертвое, больше не казалось ему зловещим.

Тэо подозревал, что тревога, которую он испытывал, идя дорогами, созданными Маридом, ничто перед тем, что их ждет наверху.

Но он не предполагал, что все настолько скверно.

Выцветший город, слизь, то и дело попадавшая под ноги, отчего идти приходилось осторожно, как во время гололеда.

И мертвые.

Мертвых оказалось чудовищно много.

Погибшие, будто что-то их выгнало из домов перед смертью, оказались на улицах и легли на землю, теперь залитые липкой жижей.

Десятки. Сотни. И это лишь на первых улицах. Тэо понимал, что здесь, в Рионе, погибших тысячи. Вот таких, вжатых в брусчатку, точно сломанные куклы, укрытых серым саваном, с лицами удивительно спокойными, почти живыми.

— Они словно спят, — он сам не заметил, как перешел на шепот.

— Не спят. Мертвы, — бесстрастно произнес Мильвио, очень старательно обходивший каждого мертвеца по дуге и уже дважды менявший направление группы, лишь бы не переступать через трупы. — Шерон тому свидетель. «Разбудить» их может только она.

— Что с ними случилось? Я не вижу никого из них. Вокруг лишь пустые нити.

— Ты сама ответила, сиора. Та сторона полностью выпила их силу, забрала для себя. Наши глаза видят пустые оболочки, твои же — истинную суть: ничего.

— Ибо сказано, милосердная несет свет солнц и лун, что показывают истину, скрытую от других за лживыми образами, — пробормотал дэво, как видно цитируя книгу Храма.

— Надеюсь, они не страдали, — Тэо не скрывал, что ему жутко идти среди этого разверзнутого кладбища.

Мильвио посмотрел ему в глаза, но ничего не стал говорить. Госпожа Эрбет лишь поджала губы. Сейчас странно тонкие, бесцветные. А через несколько минут произнесла:

— Мы не туда идем. Оно где-то у основания холма.

Мильвио помешкал. Но не стал спрашивать, почему Бланка так решила. Повернул

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.