Библиотека

Да будет так! стр. 63

Размер шрифта
-
+
Тема

не поверил. А когда она обвинила Эллиота в том, что он отец ребенка, я думал, что это невозможно. – Тут он остановился, а потом добавил: – Ведь они сами были как дети.

Я не смотрела на него, пока он говорил. Вместо этого я не отрывала взгляда от цветка рядом с креслом, того самого, с длинными остроконечными листьями и свисавшими со стебельков чудесными цветочками. Я дотянулась до одного из них и сжала его между пальцев. Легко отделившись от стебля, хрупкий цветок рассыпался у меня в руках. Сморщенные лепестки посыпались на ковер, словно крошечные белые слезы. Цветок был настоящим.

– Шансы, что у Софии и Эллиота родится здоровый ребенок, были очень невелики, – продолжил Трумэн Хилл. – Я считал, что будет правильнее прервать беременность. Но Диан отказалась. Она настаивала, что может вырастить ребенка сама. Я не хотел способствовать рождению еще одного ребенка, который не сможет вести полноценную жизнь, – достаточно было видеть, как страдает Эллиот. Диан умоляла меня передумать, а поняв, что я не сдамся, пригрозила обратиться к властям. Репутация Хиллтопа была бы уничтожена, а я потерял бы все, что имею.

Трумэн Хилл подался вперед. Луч солнца, струившегося в комнату через большое окно за его спиной, упал на стекло его часов, и на стене рядом затанцевал крошечный солнечный зайчик.

– Поэтому мы заключили сделку, – продолжил он. – Я дал Диан достаточно денег, чтобы она увезла Софию в другой город, когда подойдет ее срок. Также я согласился ежемесячно присылать ей деньги, чтобы они ни в чем не нуждались. Диан выбрала Рино, и я открыл там счет, устроив так, чтобы квартира и другие траты оплачивались напрямую с моего счета, – так я мог следить, на что тратятся деньги. Она не должна была связываться со мной ни после рождения ребенка, ни когда-либо еще. С того момента я не должен был знать ничего об их жизни. Я заплатил за это небольшое состояние.

У нас был уговор, и за все было заплачено.

– Я ждал, что Эллиот будет скучать по своей подруге, но думал, что со временем он забудет о Софии, как и о многом другом. Если бы я знал, как ошибался, то, возможно, поступил бы иначе. С тех пор как София уехала, Эллиот никогда не был прежним. Он много плакал и бился головой об стену. И словно этого было мало, чтобы я постоянно чувствовал свою вину, все эти тринадцать лет он каждый день повторял имя твоей матери. Он до сих пор о ней не забыл. Моей самой большой ошибкой было считать, что любовь Эллиота недостаточно глубока, потому что у него нет слов, чтобы ее выразить.

Впервые с того момента, как он начал говорить, я взглянула на Трумэна Хилла, моего дедушку. Под его глазами залегли темные круги, словно он не спал всю ночь, и он массировал свой лоб кончиками пальцев. Наши глаза встретились, но я отвела взгляд. Он вздохнул и снова откинулся на спинку кресла.

– Тринадцать лет Диан держала свое слово, и, пока Эллиот все помнил, я изо всех сил старался все забыть. Как вдруг, ни с того ни с сего, из Невады мне стала звонить некто по имени Бернадетт. Я думал, что это Диан, – я даже

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.