Библиотека

Да победит разум! стр. 236

Размер шрифта
-
+
Тема

не то обстоятельство, возникнет ли там со временем полноценная двухпартийная система власти; скорее, вопрос заключается в том, произойдет ли постепенный переход от политики внешней экспансии, ненормального подавления потребления и централизованного полицейского государства» (с. 418). Автор делает особый акцент на социальном и экономическом развитии, а не на идеологии. Однако он, как мне представляется, считает, что внешняя экспансия, правление полицейскими методами и ограничение потребления являются сущностными элементами коммунизма, откуда и проистекает трудность изменений, хотя я считаю, что это были признаки сталинского, а отнюдь не хрущевского периода.

Тем не менее Ростоу не теряет оптимизма: «сама динамика развития русской истории отодвигает

советское общество от условий коммунистического правления в направлении, которое необходимо заставит Москву отказаться от агрессивной позиции в отношении всего остального мира» (с. 422–423). Далее он продолжает: «…но есть все основания верить, что по мере того как молодые люди, воспитанные войной и послевоенными годами, начнут приходить к власти, они будут идти еще дальше по пути, ведущему русское общество к более высокому уровню благосостояния и потребления, а также к большей децентрализации и снижению степени произвола в осуществлении политической власти. Они найдут более полезным формировать политику, соответствующую интересам и потенциалу русского национального государства, а не интересам старых марксистско-ленинских концепций и руководящим формулам Сталина, важность и жизнеспособность которых со временем будут только уменьшаться» (с. 426). Я считаю, что профессор Ростоу находится под слишком сильным впечатлением от коммунистической идеологии и ошибается в своем предположении относительно того, что радикальный сдвиг к увеличению потребления «создаст трудную проблему для поддержания политической и социальной базы коммунистического правления в России». Наоборот, как я пытаюсь показать в моей книге, полноценное потребление позволит системе самой отказаться от многих репрессивных мер и утверждать, что она исполняет «социалистическое» обещание лучшей жизни. Почему должно население, «захваченное автомобилизацией», представлять угрозу для системы? Вероятнее, оно, наоборот, начнет выказывать большую поддержку государственной управленческой бюрократии, которой и самой будет выгодно исполнение некоторых своих обещаний.

136

Этот пункт был наиболее отчетливо выражен Доаком Барнеттом в книге «Коммунистический Китай и Азия» (Communist China and Asia), написанной для Совета международных отношений. Помимо книги Барнетта, среди многих важных сочинений в настоящей книге использованы следующие источники: Benjamin Schwartz, Chinese Communism and the Rise of Mao, Harvard University Press, Cambridge, 1952; John K. Fairbank, The United States and China, Harvard University Press, new ed., Cambridge, 1958; Guy Wint, Common Sense about China, The Macmillan Co., New York, 1960. В дополнение можно указать многочисленные статьи из журналов Foreign Affairs и The China Quarterly, многие из которых цитируются в тексте.

137

См. Jerome Chên, Writers and Artists Confer, The China Quarterly, October-December 1960, pp., 76 ff. and Benjamin Schwartz, Totalitarian Consolidation and the Chinese Model, The China Quarterly, January-March 1960, pp. 18 ff.

138

Превосходное описание этого процесса можно найти у Р. Лифтона: Robert J. Lifton, Thought Reform and the Psychology of Totalism, W. W. Norton, New York, 1961.

139

См. прекрасный разбор этого вопроса в обсуждении маоизма двумя специалистами Б. Шварцем и К. Виттфогелем в The China Quarterly.

140

Эти данные взяты из: John K. Fairbank, l. c., p. 17.

141

Джон Кинг Фэрбэнк (1907–1991) – крупнейший американский китаист, переводчик,
Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.