Даю уроки стр. 12
костью отстояли Москву. Солдат, да, солдат. Но Ниночка вышла за него замуж не любя, с отчаяния, что ли. У юных женщин такое случается. И не у юных тоже. Вот кого она любила, этого дуралея несчастного, этого Ростика, таясь, таясь, никто не знал. Так ли, не знали? И когда он женился на их главной у "торезовцев" царевне, на их Елене Прекрасной, из-за которой шла у "мгимошников" форменная Троянская война, - не он женился, а она его на себе женила, объявив всем, откровенная была всегда: "Мне нужен элитный мальчик!" - вот тогда Нина и вышла за своего Чижа, объявив тоже всем: "А
мне нужен надежный!" Не ошиблась, Захар Чижов был надежным человеком, это уж не отнять. И он любил ее, как только может такой человек, однолюб кряжистый. Не ошиблась, это Ленка ошиблась. Вот сидит ее "элита", ее "шляхтич княжеских кровей", убитый, нет, побитый и виноватый. Но как же душа встрепенулась, когда вошел он к ним! Как же нелегко ей не смотреть на него! А что в нем, ну, что в нем?! Все такой же, нарцисс проклятый! А Захар!.. Что - Захар?..
Сидели, молчали "мгимошники", вот тут, на краю грозной пустыни, в райском садике у фонтанчика.
И тут, в глубине этого садика, кто-то квакающе вздыхал, какая-то квакушка-кукушка завелась.
- Ну и кем ты у нас в Ашхабаде будешь работать? - прервала наконец молчание Нина. - Меня зарыли в бумажках. Визы, визы, визы. Сбегать собираюсь. Зовут и туда, и сюда, и даже в университет преподавать английский. Нет, учить - это не для меня. Сбегу к геологам. Вот увидишь, Захар, сбегу. У нас тут, Ростик, везде все время что-то ищут. Нефть, газ, золото, серу. Все время что-то прокладывают. Каракумский канал за тысячу километров ступил, нефтепроводы тянут, дороги, по трубам провели воду в Небит-Даг, а сейчас ведут в Кара-Калу, в сухие субтропики. Представляешь, что там будет, когда туда придет вода? Я побывала там разок. Рай земной! Гранатовые деревья, грецкие орехи прямо над головой. Виноградники, где выращивают сотни сортов, и горы, горы. Ты теперь свободный, Ростик, рвани туда.
- Приграничный, кажется, район? - спросил Знаменский и свел плечи.
- Да, - сказал Захар. Он осуждающе глянул на жену. - Я тебе сбегу! Визы, визы! Кому-то надо и на визах сидеть.
- О, ты человек долга! Вот дал себя загнать в это пекло!
- Кому-то надо и здесь работать. Здесь сейчас боевой участок. И разве нам плохо здесь, Нина?
- Нам не плохо здесь, Захар. - И она тоже свела плечи. - Так куда же его?
- С учетом всех обстоятельств... Прикидывали, прикидывали... И если учесть интересы дела...
- Да ты не тяни, дипломат! - рассердилась Нина. - Куда его?
- Я телеграфировал Ростику, он знает.
- Подошла работа? - быстро глянула на Знаменского Нина. - Я что-то краем уха слышала и ничего не поняла.
- С учетом всех обстоятельств... - сказал Знаменский, пытаясь улыбнуться.
Теперь ей можно было смотреть на него, она его о деле расспрашивала, и она смотрела, ловя всякий жест, вот улыбку эту жалкую, кляня его в душе и жалея, ненавидя и жалея, - ну