Библиотека

Далеко, далеко на озере Чад… стр. 19

Размер шрифта
-
+
Тема

были затеряны в безднах,

Волны-звери, подняв свой мерцающий горб,

Hac крутили и били в объятьях железных

И бросали на скалы, где пряталась скорбь.

Ho теперь, словно белые кони от битвы,

Улетают клочки грозовых облаков.

Если хочешь, мы выйдем для общей молитвы

Ha хрустящий песок золотых островов.

IV

Я не буду тебя проклинать,

Я печален печалью разлуки,

Ho хочу и теперь целовать

Я твои уводящие руки.

Bce свершилось, о чем я мечтал

Еще мальчиком странно-влюбленным,

Я увидел блестящий кинжал

B этих милых руках обнаженным.

Ты подаришь мне смертную дрожь,

A не бледную дрожь сладострастья

И меня навсегда уведешь

K островам совершенного

счастья.

Девушке

Мне не нравится томность

Ваших скрещенных рук,

И спокойная скромность,

И стыдливый испуг.

Героиня романов Тургенева,

Вы надменны, нежны и чисты,

B вас так много безбурно-осеннего

От аллеи, где кружат листы.

Никогда ничему не поверите,

Прежде чем не сочтете, не смерите,

Никогда никуда не пойдете,

Коль на карте путей не найдете.

И вам чужд тот безумный охотник,

Что, взойдя на нагую скалу,

B пьяном счастье, в тоске безотчетной

Прямо в солнце пускает стрелу.

Сомнение

Вот я один в вечерний тихий час,

Я буду думать лишь о вас, о вас.

Возьмусь за книгу, но прочту: «она»,

И вновь душа пьяна и смятена.

Я брошусь на скрипучую кровать,

Подушка жжет… нет, мне не спать, а ждать.

И крадучись я подойду к окну,

Ha дымный луг взгляну и на луну,

Вон там, у клумб, вы мне сказали «да»,

О, это «да» со мною навсегда.

И вдруг сознанье бросит мне в ответ,

Что вас, покорной, не было и нет,

Что ваше «да», ваш трепет, у сосны

Ваш поцелуй лишь бред весны и сны.

Она

Я знаю женщину: молчанье,

Усталость горькая от слов

Живет в таинственном мерцанье

Ee расширенных зрачков.

Ee душа открыта жадно

Лишь медной музыке стиха,

Пред жизнью дольней и отрадной

Высокомерна и глуха.

Неслышный и неторопливый,

Так странно плавен шаг ее,

Назвать нельзя ее красивой,

Но в ней все счастие мое.

Когда я жажду своеволий

И смел и горд – я к ней иду

Учиться мудрой сладкой боли

B ее истоме и бреду.

Она светла в часы томлений

И держит молнии в руке,

И четки сны ее, как тени

На райском огненном песке.

Баллада («Влюбленные, чья грусть как облака…»)

Влюбленные, чья грусть как облака,

И нежные задумчивые леди,

Какой дорогой вас ведет тоска,

K какой еще неслыханной победе

Над чарой вам назначенных наследий?

Где вашей вечной грусти и слезам

Целительный предложится бальзам?

Где сердце запылает, не сгорая?

B какой пустыне явится глазам,

Блеснет сиянье розового рая?

Вот я нашел, и песнь моя легка,

Как память о давно прошедшем бреде,

Могучая взяла меня рука,

Уже слетел к дрожащей Андромеде

Персей в кольчуге из горящей меди.

Пускай вдали пылает лживый храм,

Где я теням молился и словам,

Привет тебе, о родина святая!

Влюбленные, пытайте рок, и вам

Блеснет сиянье розового рая.

B моей стране спокойная река,

B полях и рощах много сладкой снеди,

Там аист ловит змей у тростника

И в полдень, пьяны запахом камеди,

Кувыркаются рыжие медведи.

И в юном мире юноша

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.