Дальняя дорога (сборник) стр. 165
поморщился, чихнул и пришел в себя окончательно. Звезды над головой, рядом улыбающееся лицо Виктора, забрало гермошлема откинуто. Соколов похлопал глазами, вспомнил, что случилось, и, выпрямившись, глянул вниз, через борт космокатера: там серела и слегка искрилась, разрисованная черными иероглифами теней, поверхность четвертой глобулы. Катер висел над ней довольно низко, присмотревшись, Соколов разглядел даже вымпел, который сам и устанавливал, неподалеку — кратер, углубление двухметрового диаметра с валом сыпучих материалов вокруг. Брови эксперта нахмурились.
— Это здесь? — спросил он и движением рук и пальцев показал, как росла и корчилась колонна.
— Здесь, — подтвердил Виктор и не без ехидства добавил: — Ну и владения вы себе отхватили, Александр Сергеевич!
Соколов покачал головой.
— Да уж! Ведь и во сне не пригрезится такое. — Он снова уткнул голову в боковое остекление, посмотрел на кратер и повернулся к Хельгу. — Но что это было? И где посылка?
Виктор показал пальцем вниз.
— Там, в кратере. По крайней мере часть ее.
— Почему часть? И что все-таки это было? А может быть, и не было, может быть, мне это почудилось?
— Было, Александр Сергеевич, было.
Соколов сосредоточенно смотрел на Виктора.
— Слушайте, — вдруг сказал он удивленно, — а ведь вы спасли мне жизнь, а?
Виктор улыбнулся, показав полоску белых зубов, и мягко возразил:
— Не преувеличивайте, до райских кущ было так же далеко, как и до Земли. Но в общем-то нервотрепка приличная.
Он пояснил, что пока Соколов изволил почивать, сам Виктор успел переговорить с Лоркой, Федор обсудил происшествие с посланцем, и все разъяснилось. Все посылки, которые немиды транспортируют в земную субвселенную, представляют собой свернутые, до предела уплотненные зародышевые программы. Любую такую программу, в принципе, можно считать квазиживым существом. В земном мире эти программы выходят в режим формирования и разворачиваются, развиваются до намеченных пределов. Этот процесс имеет грубое сходство с формированием цыпленка в яйце. В немидских условиях этот способ передачи информации детально отработан и реализуется обычно без погрешностей. Но при транспортировке информационных посылок из одной субвселенной в другую наблюдаются систематические сбои и срывы при разворачивании программы. Примерно каждая вторая посылка оказывается не совсем удачной и содержит искажения. В чем тут дело, до конца не выяснено, но в принципе — это искажения перехода, перебрасывания объекта из одного трехмерного мира в другой. Иногда часть информации посылки отпочковывается и как бы обретает самостоятельность. Эта часть программы начинает разворачиваться в своих собственных целях, как бы приобретая самосознание, часто на самом примитивном уровне, скажем, на уровне земных насекомых или моллюсков. В результате формируются причудливые квазиживые создания, которые могут существовать обычно весьма ограниченное время в самых неожиданных условиях, вплоть до открытого космоса. В одну из таких химер и перевоплотилась часть информационной посылки немидов, находившаяся на четвертой глобуле.
— Разве там была какая-нибудь зверюга? — удивился Соколов и невольно покосился вниз.
— А вы не видели? — в свою очередь удивился Хельг.
— Я видел колонну: она корчилась и извивалась, словно живая, но это все, что я видел.
Виктор насмешливо улыбнулся.
— Понятно. Вы ведь не космонавт и привыкли к обстоятельному анализу без спешки и суеты. — Виктор помолчал. — Верхняя часть колонны начала пухнуть, точно расцветать. Из этого цветка выползла клешня и башка, величиной с бычью. А на башке два огненных глаза по