Дальняя дорога (сборник) стр. 99
его черные жесткие волосы лохматил ветер. Стройный, в белых брюках и толстом красно-синем свитере, он был чудо как хорош, так и просился на картинку о здоровье и молодости. А ведь до этой тренировки четыре часа провел в мрачном царстве Аида — в горячей зоне радиотермальной энергостанции!
Похоже, что Хельг по-настоящему обрадовался, увидев Лорку, полюбопытствовал, почему Федор в последнее время пропускает тренировки в фехтовальном зале. А когда Лорка предложил ему место в разведотряде, протянул ему свою изящную, но сильную руку.
— Спасибо, Федор. Это большая честь для меня.
Не успел Лорка как следует подумать о том, что Виктор возмужал за последнее время, как Хельг сразу опроверг это предположение.
— Мерзнешь? — спросил он, глядя на Федора своими насмешливыми, опушенными густыми ресницами глазами.
— Мерзну, — со вздохом согласился Лорка, поправляя меховую шапку. Он и правда мерз под пронизывающим ветром, хотя был одет заметно теплее Хельга. Поглядев на белозубую улыбку Виктора, на его открытую смуглую шею, Лорка еще раз вздохнул и добавил доверительно: — Я ведь рыжий, а стало быть, эксудатик. А эксудатики люди нежные, как цветы: в жару им жарко, в холод — холодно. И устают они быстрее прочих людей, и отдыхать им нужно дольше, чтобы восстановиться.
— Я вот не эксудатик, — с оттенком назидательности сказал Хельг.
— Зато у тебя есть другие недостатки, — добродушно улыбнулся Лорка.
— Как же ты решился взять меня в отряд?
— Не всякий недостаток — вредный дефект.
Они посмеялись, после чего Хельг снова оперся о перила ограждения и перевел взгляд на белую облачную пустыню.
— Ты можешь мне назвать состав разведотряда? Хотя бы примерный? — неожиданно спросил он.
Федор начал перечислять. Когда дошел до Соколова, Виктор сдвинул брови.
— Соколов? Не припомню такого.
— Профессиональный эксперт-социолог Александр Сергеевич Соколов, — представил Лорка с улыбкой. — Вел расследование по делу Тимура Корсакова.
— А-а! Такой кругленький, с лицом невинного младенца и фигурой тяжелоатлета?
Лорка утвердительно кивнул головой.
— Да зачем он тебе понадобился? Что он понимает в инопланетных делах? — Виктор был само недоумение.
— У него железная логика, беспощадный, острый ум. Он замечает такие мелочи, на которые мы с тобой никогда не обратили бы внимания. А уцепившись за них, идет до конца.
Выражение лица Хельга явно свидетельствовало, что он не понимает, каким таким расследованием Соколов может заниматься на Кике. И тогда Лорка посвятил его в историю угона гиперсветового корабля с Плутона и гибели его в кикианской атмосфере. Об угоне Виктор, как и все другие космонавты, знал, а вот весть о том, что корабль сгорел, была для него новостью.
— Н-да… — протянул Виктор и усмехнулся. — А если кикиане и наш корабль сожгут таким же образом?
— Сожгут? — машинально переспросил Федор.
Он вдруг удивился, что эта простая мысль, объясняющая причину гибели корабля, почему-то не пришла в голову ни ему, ни Ревскому. Наверное, мысли о злодействе и насилии стали чужды людям. А вот Хельгу это сразу пришло в голову.
— Ты не веришь, что кикиане могли расстрелять этот корабль? — Глаза Виктора смотрели на Федора с легкой насмешкой. — Представь себе, что в двадцатом веке у нас были бы в распоряжении звездные корабли. Полетели мы куда-нибудь на Альфу Центавра и вдруг возвращаемся оттуда на могучем, на века опередившем время гиперсветовом корабле, торжественно