Дальний полет стр. 324
и он собирается уходить.
– Господин Фиру, я…
– Немедленно уходите! Если я смогу что-нибудь сообщить прессе, то обращусь к главному редактору.
Но репортер не сдался так легко. Он начал было приводить новые доводы, как вдруг внизу, на тропинке, раздались чьи-то нестройные голоса. Стэнкуцэ и Фиру с любопытством обернулись. В этот вечер учителя ждал еще один сюрприз. Он узнал своего старого друга, доктора Албу, психолога, который, с трудом переводя дыхание, поднимался по тропинке. За ним шел его сын Тител.
– Чтобы… добраться до тебя… нужно быть… по меньшей мере… альпинистом, - гулко раскатывался над долиной бас ученого. - А тут еще эта мерзкая темень, немудрено и в яму угодить в буквальном, а не в переносном смысле.
– Добро пожаловать, Албуле, - смеясь, приветствовал его Фиру. - Если бы на тебя снизошло вдохновение и ты бы приехал в день, указанный в твоей же собственной телеграмме, я встретил бы вас на вокзале.
– Папа не помнил точно, что написал в телеграмме, - пояснил Тител. - Поэтому он сказал, что лучше приехать раньше, чем позже.
– Вог именно! А теперь объясни, Фируле, зачем ты заставил меня совершить это путешествие? Твое загадочное письмо, откровенно говоря, пробудило во мне любопытство. Что у тебя здесь происходит?
Бросив на журналиста тревожный взгляд,
учитель перебил приятеля:
– Погоди! Поговорим дома. Вы еще здесь, господин Стэнкуцэ!
– Прошу прощения! Не буду больше беспокоить вас. Впрочем, и приезд в Кымпулунг знаменитого психолога Николае Албу может стать сенсационной новостью. Честь имею, господа.
– Кто это? - спросил Албу, утирая платком лоб.
– Репортер! И надо же было ему свалиться мне на голову в самый неподходящий момент! Но пожалуйте в дом! Лиза! Лиза!
Госпожа Фиру проснулась во второй раз и оторопело крикнула:
– Что случилось? Приехал доктор Албу?
– На этот раз приехал!
Послышалось отчаянное "господи помилуй". Лиза верила в предчувствия, и вот одно из них опять сбылось. Она начала торопливо одеваться, размышляя о неблагодарной участи хозяек.
Надев халат и прикрывши бигуди платком, она спустилась в столовую, где застала мужа и обоих гостей уже за столом. Каждый из них держал в одеревеневших пальцах по стаканчику с цуйкой.
– Добро пожаловать, доктор! Так вы сыграли со мной шутку? В наказание вам придется удовольствоваться холодной закуской. Тител, ну и вырос же ты! В каком классе учишься?
– На первом курсе политехнического.
– Да… Если бы не дети, мы и не замечали бы, как сами стареем.
– Как твои карапузы, Лиза? - спросил Албу. - Здоровы?
– Слава богу! Проказничают кто во что горазд. Во всем Кымпулунге нет более неугомонных детей. Хорошо, что мы живем на окраине, где они могут бить стекла только у нас, благо нет соседей. Завтра вы их увидите. Пойду приготовлю вам что-нибудь поесть.
Госпожа Фиру ушла на кухню. Албу отхлебнул цуйки и причмокнул.
– Вот это да! Чувствуется, что слива из твоего сада. Итак, Фируле, насколько я понял из твоего письма, речь идет о… чем-то наподобие фосфоресцирующего облака?
Учитель в замешательстве потер небритый подбородок.
– Можем назвать его и так, если хочешь. Только ведет оно себя несколько странно.
– То есть?
– Каждый день, вернее, каждую ночь, ровно в ноль часов тридцать три минуты оно очень медленно проходит над садом позади моего