Дамбигуд стр. 20
удариться посильнее о стол и книжные полки, "подбросил" черную тетрадь "доброму волшебнику Дамблдору, сэру".
Но Альбус чувствовал - это еще не все. Да и старый сокурсник - слизеринец Слагхорн (тот самый, получивший в детстве магловские засахаренные фрукты) прислал письмо, в котором намекал на свою беседу с Томом. Якобы крестражей должно было бы быть семь .
Якорь был очевиден: кольцо Гонтов с воскрешающим камнем. И место его хранения можно вычислить. Вариантов не много. Для начала стоило навестить старую хижину, дом Меропы, на месте которого Альбус помнил особнячок, спроектированный лично Томом. Одинокие матери в сложной жизненной ситуации могли получить там комнату и стол сроком на месяц, не внося платы за жилье.
Особнячка, разумеется, не было. Вросла в землю покосившаяся халупа. И это не чары, отталкивающие маглов. Не обманный внешний вид, маскирующий расширение пространства и роскошь отделки внутри. Нет, маги действительно ютились, словно безработные и бездомные маглы, незнакомые с зельями, трансфигурацией, анимацией, рунами... Артефакт хранился в тайничке, также устроенном совершенно по-магловски. Потому Дамблдор едва не пропустил гнусное проклятие, подвешенное на кольцо. Пришлось снимать в спешном порядке, а потом прятать в мешочек и надеяться, что сможет донести до защищенной лаборатории и разобраться в чарах предметно.
Повезло, успел.
Но пока разрушил черную паутину, порожденную Темным Искусством, весь взмок. Пришлось оставлять свои драгоценности без присмотра и отправляться в купальню.
Нежась в розовой пене, директора вдруг осенило. Бывает так. Сидишь себе, запускаешь уточек, и вдруг становится понятно, что душа сама стремится к полноте. Нужно только рассчитать время, амулеты и найти место силы.
Немного нумерологии, только и всего.
Место - Хогвартс.
Амулет присутствия (идеальный) - воскрешающий камень. Можно заменить сочетанием обсидианового черепа с кольцами Солу. Но замещать ничего не придется - камню так или иначе участвовать.
И лучшее время - рассвет. Май. Объединение, крепость, сила и мощь. Через пять дней после Живы, о которой Боримир рассказывал (на кельтский манер - Бельтейн, но уже очень давно в Англии не отмечали друидских праздников, помня про обязательные жертвоприношения младенцев и воинов). А лучше для Тома - на пятый день Живы, чтобы как раз между смертью и жизнью дорога.
- Эти русы, - фыркнул директор и подул на пену, заставив ее взлететь розовыми пушистыми хлопьями. - Все-то праздники они по неделе празднуют!
* * *- Альбус, ты так смотришь... как будто прощаешься, - после недолгого молчания сказала МакГонагалл.
- Что ты, Минерва. Просто такой старик, как я, должен всегда помнить... как там говорит Проповедник?
- "О смертном часе", - скривилась женщина. - Тебе рано. Маги отлично живут до двухсот-трехсот лет.
- Но я полностью сед. И по мнению многих - в абсолютном маразме.
- Что за глупости ты говоришь?!
- Вот и я о том же! Не бойся, Минерва. Мне незачем прощаться. Достаточно сказать "до свидания".
- Мне не нравится направление мысли. Постой. Ты собрал крестражи. Ты... Ты что-то выяснил? Это опасно? Быть может, в таком случае...
- Минерва, я скажу тебе правду. Чтобы уничтожить крестражи, достаточно одного заклинания. Последовательность уничтожения не важна.
- Но? - осторожно спросила она, заметив, что старик ушел в свои мысли и не собирается больше говорить