Дарт Плэгас стр. 173
взгляд стал жестче. – Но если кто изменился, так это вы. Даже несмотря на то, что вы знали, как все случится, с самого начала.
Плэгас указал на себя:
– Подозревал ли я, что твои отношения с отцом зайдут в тупик? Конечно. Это было ясно всякому. Но ты, кажется, намекаешь, что я каким-то образом предвидел, что ваш спор обернется насилием.
Обдумав его слова, Палпатин насмешливо фыркнул:
– Вы лжете. Не исключаю, что вы сами форсировали события.
– Какой занятный оборот речи, – сказал Плэгас. – Но раз уж ты ухватил суть, вынужден признаться. Да, я намеренно толкнул тебя на этот поступок.
– Вы прилетели на Чандрилу и лично убедились, что соглядатаи отца видят нас вместе.
– Снова верно. Я начинаю испытывать гордость за твои достижения.
Палпатин пропустил лесть мимо ушей:
– Вы использовали меня.
– Другого выхода не было.
Палпатин гневно затряс головой, не веря собственным ушам:
– Ваша сказочка про братьев и сестер – была ли в ней хоть крупица правды?
– Более чем крупица. Но сейчас это едва ли имеет значение. Ты просил помощи, и я ее предоставил. Отец попытался помешать тебе, и ты действовал исключительно по собственной воле.
– И, убив его, избавил вас от политического противника. – Палпатин помолчал. – Отец был прав насчет вас. Вы – бандит.
– А ты свободен и богат, – заметил Плэгас. – Что же теперь, юноша? Я по-прежнему возлагаю на тебя огромные надежды, но прежде чем рассказать тебе всю правду, я должен убедиться, что ты действительно свободен.
– Свободен от чего?
– От страха показать свое истинное лицо.
Палпатин помрачнел:
– Вы не знаете моего истинного лица. – Он сделал несколько шагов в сторону, затем остановился и повернулся к мууну. – Вы так и не спросили, как именно я их убил.
– Мрачные подробности никогда меня не привлекали, – сказал Плэгас. – Но если тебе нужно отвести душу, валяй.
Палпатин воздел над головой руки с длиннющими ногтями:
– Я казнил их вот этим! А еще – силой моей мысли. Я обратился в бурю, магистр – такой силы, что мог искривлять переборки и расшвыривать тела по всему отсеку. Я был сама смерть!
В искреннем изумлении Плэгас выпрямился на стуле.
Теперь он видел Палпатина во всем его темном великолепии. Гнев и убийство обрушили стены, которые он возводил, вероятно, с самого рождения, чтобы охранить свой секрет. Но сейчас скрывать что-либо было бессмысленно: могущество Силы было велико в нем! Семнадцать долгих лет он сдерживал свою внутреннюю силу, но теперь она выплеснулась наружу и понеслась неудержимым потоком. Дикие эмоции годами бурлили в нем, заставляя совершать неосознанные преступления, но сейчас они вырвались и забили ключом, ядовитым для любого, кто дерзнет прикоснуться к нему или попробовать на вкус. Но за его гневом таился коварный враг – страх пойти еще дальше. Заново рожденный, Палпатин подвергался страшной опасности. Но лишь потому, что еще не сознавал, как могуществен он сейчас и каким феноменально могущественным может стать. Ему потребуется помощь, чтобы завершить саморазрушение. Ему потребуется помощь, чтобы отстроить заново те самые стены, что скрывали его талант от других.
«О, какая же тонкая