Дарт Плэгас стр. 318
и впустую потратите столь драгоценное время.
– Как посмели вы вторгнуться?..
– Недавно я прислал вам подарок. Краснопятнистого пилата.
Ганрей уставился на собеседника:
– Это были вы? Вы его послали?
– Полагаю, вам хватило ума проверить его на наличие следящих устройств.
Повернув голову, Ганрей посмотрел на что-то вне поля зрения камеры – вероятно, на саму птицу.
– Разумеется, я это сделал. Чего вы хотели добиться, прислав его? – Неймодианец говорил с акцентом: растягивал слова и заметно смягчал букву «т».
– Считайте это знаком моего восхищения той неоцененной доселе работой, которую вы проделали во благо Торговой Федерации. Директорат проявляет явную близорукость, не признавая ваш вклад в общее дело.
– Они… то есть я… Но почему вы прячете лицо под капюшоном?
– Так делают все в моем Ордене, наместник.
– Кто вы такой – пастырь?
– Разве я похож на святого?
Ганрей озлобился:
– Я требую, чтобы вы открыли лицо.
– Эту привилегию вам еще предстоит заслужить.
– Привилегию? Да кем вы себя возомнили?
– Вы уверены, что хотите знать?
– Я требую.
Улыбка Сидиуса едва проступила из-под капюшона.
– Что ж, тем лучше. Я – владыка ситов.
«Ну вот. Я сказал это… Сказал».
– Владыка ситов? – повторил Ганрей.
Ответ пришел откуда-то изнутри Палпатина, из самого центра его естества:
– Я даю вам позволение называть меня Дартом Сидиусом.
– Я никогда не слышал о Дарте Сидиусе.
– Но теперь услышали, а значит, нашему партнерству положено начало.
Ганрей покачал головой:
– Мне не нужны партнеры.
Сидиус показал собеседнику небольшую часть лица:
– Не делайте вид, будто удовлетворены своим положением в Торговой Федерации. Не притворяйтесь, что лишены устремлений. Мы с вами отныне партнеры и будем вместе творить наше будущее.
Ганрей зашипел:
– Это какая-то шутка. Ситы вымерли тысячу лет назад.
– Республика и джедаи очень хотят, чтобы вы в это верили, – но мы никуда не исчезали. Столетиями мы совершали действия, которые считали правильными, и открывались лишь избранным. Таким, как вы.
Ганрей откинулся в кресле.
– Я не понимаю. Почему я?
– Мы с вами разделяем живой интерес к тому, в каком направлении движется Республика, и я посчитал, что пришло время нам действовать сообща.
– Я не желаю участвовать в ваших тайных махинациях.
– В самом деле? – удивился Сидиус. – Думаете, я бы выбрал вас из миллионов влиятельных существ, если бы не знал вас от и до? Мне хорошо известно, что ваша ненасытная натура – плод жестоких условий воспитания. Свое детство вы
провели в беспощадном соперничестве с другими личинками за те крохи плесени, что оставляли вам взрослые. Мне ли не понять вас. Характер каждого из нас формируют наши детские желания, наша жажда любви и внимания, наша боязнь смерти. И, глядя на то, как далеко вы смогли пойти, я делаю вывод, что вы не имели себе равных – и не имеете до сих пор. Взять, к примеру, ваши годы в Сенате. Тайные встречи в доме Клауса и в ресторане «Фоллин», что в Алом Коридоре; средства, которые вы перевели на счета Пакса Тима и Акса Мо; тайные сделки с «Капиталами Дамаска»; убийство Видара Кима…