Дель и Финия стр. 3
результат тоже полезный вклад в науку, — сказал шеф со вздохом.
И добавил строго:
— Но, юноша, предупреждаю: никаких скороспелых выводов, никаких сенсационных интервью. Факты, факты, голые факты, трижды, семь раз проверенные. Вообще запрещаю вам выступать в печати до защиты.
— Надеюсь, вы знаете мою добросовестность, — сказал я с некоторой обидой.
— Юноша, юношеское самолюбие здесь ни при чем. Я придирчив, потому что придирчива наука. Вас будут выслушивать недоверчивые, сомневающиеся и враждебные представители других школ. Наука имеет право на недоверие. Это её защита против некомпетентных охотников за звонкой сенсацией. Вспомните, сколько было в истории фальшивок: и открытие неоткрытого Северного полюса, и снежный человек из крашеной обезьяны, и полет на Венеру на тарелке.
— Вы считаете, что я способен на такое? Но я же буду работать в дельфинарии. Свидетели будут у каждого опыта.
— Юноша, наука не суд, свидетельства для неё ничто. Вы должны не доказать, а показать, про-де-мон-стри-ровать. Повторяю: лично я не сомневаюсь в вашей добросовестности, но вы молодой человек, увлекающийся, а человеку свойственно ошибаться, принимать желаемое за действительность. Итак, ни единого слова в печати. Никаких скороспелых заявлений, от которых мне придётся отмежёвываться со стыдом. Приеду, посмотрю ваши материалы. Будьте сдержанны и терпеливы.
И с тем он отбыл в Антарктиду, а я поспешил в Крым.
3
Так началось все буднично: обыкновенный поезд в близкий привычный Крым.
Ехал я в самом начале июня, и поезд был переполнен мамами, бабушками, тётями, нянями и детишками всех возрастов до пятого класса включительно. Старшие ещё сидели за партами. И в моем купе тоже обитали две нимфы в розовых платьицах. Им не было ещё четырех лет вдвоём, но они очень мило кокетничали плечиками, сидя на горшочках. В коридоре говорили о курсовках, путёвках, койках, о ранних фруктах и очередях за котлетами в “Волне”, “Чайке” и “Ласточке”. Говорили о морских ваннах, солнечных ваннах, воздушных ваннах, о купании и катании. А кроме того, на сон грядущий я ещё выслушал лекцию о гигиене близнецов с демонстрацией практики кормления и укладывания.
— Вы, мужчины, не ведаете, что такое заботы, — сказала мне бабушка близнецов. — Едете себе отдыхать.
Несмотря на научные приёмы укладывания, сна грядущего не получилось. Кокетливые близнецы плакали зачем-то всю ночь. Плакали методично и прилежно, аккуратно соблюдая очерёдность: одна стихает, другая заводится. В пять утра я вылез с головной болью, был настолько невежлив, что выразил неудовольствие.
— В доме отдыха отоспитесь, — сказала бабушка.
— Я, собственно, в командировку еду, — заикнулся я.
Но моя поправка не произвела впечатления.
— Устраиваются же некоторые, — фыркнула бабушка. — В Крым в командировку! А детишек небось кинул
на жену. Приедете: “Ах, я устал, извёлся, заработался!” И на юг, отдыхать от юга.
Удрал бы я из этого купе в конце концов, хоть бы в общий вагон, хоть бы в почтовый, ещё в Туле удрал бы, если бы не соседка моя с верхней полки. Валерия, Лера… Эрой называла она себя.
Какими словами описать её? Русая, сероглазая, пышные волосы, пышные плечи. Ах, да не в плечах дело, детали все путают. Представьте себе совершенство, сознающее своё совершенство. Понимаете ли, каждая женщина немножко артистка, каждая что-то изображает: наивность или же усталую опытность, холодность или чувствительность, пылкость, сентиментальность, трезвость, хозяйственность, музыкальность, артистичность. Мужчины