«Дело Фершо» стр. 48
видел фотографии. Это все маленькие строения посреди поляны: магазин, сарай, комната, помещение, служащее салоном и столовой. Белому человеку приходится там жить иногда целый год и дольше, совсем одному, не видя ни одного европейца. Некоторые привозят туда жен.
Так вот… Однажды в одной фактории Фершо обнаружил настоящий салон, перенесенный из пригородной виллы, — с пианино, безделушками, кружевными занавесками, фотографиями в рамках, диваном, шелковой подушкой с золотыми пуговицами и аппликацией на ней из обрезков ткани, изображающей черного кота. Я словно вижу, как он входит, принюхивается, прохаживается стуча деревяшкой, как с подобострастным видом вьется вокруг него служащий, как хорошенькая разодетая жена хозяина склоняется перед ним. Патрона окружают улыбками и заботами.
Но он уже раскусил их. Он знает, чего они хотят. Муж явно стремится сыграть на соблазнительной внешности жены. И вот она уже наклоняется перед ним, демонстрируя свои груди.
По окончании трапезы его настойчиво приглашают заночевать в доме.
«Ну, пожалуйста, — настаивают они. — Мы уложим вас в комнате, вы хоть раз поспите в настоящей кровати». — «А вы?» — «Мы устроимся на веранде…»
Тогда он направляется к двери в комнату. Раз те настаивают, он согласен. Но перед тем как войти, оборачивается к молодой женщине. «Пошли!» — произносит он самым естественным тоном.
Муж и жена переглядываются. Она не знает, что делать. Оба спрашивают себя: не пошутил ли он? «В чем дело?.. Разве вы не хотите переспать со мной?»
— Твой Фершо омерзителен! — воскликнула Лина. — Надеюсь, она не пошла, а ее муж…
— Ничуть не омерзителен. Я вообще убежден, что он предпочел бы свою обычную негритянку.
— Не хочешь ли ты сказать, что эта женщина…
— Вот именно, малышка! Вот именно! На другой день, вместо того чтобы пообещать мужу продвижение, на которое тот рассчитывал, Фершо проводит обстоятельную ревизию и удерживает у того из зарплаты несколько сот франков за дурное ведение приходо-расходных книг и плохое управление магазином.
— И ты смеешь утверждать, что одобряешь это?
— Я…
Он не закончил фразы. В открывшейся двери возник мужчина в плотном черном пальто с шарфом на шее и в вышедшей из моды шляпе. Не обращая внимания на разглядывавших его людей, он явно кого-то высматривал.
Первым желанием Мишеля было улечься на скамейке, чтобы его не заметили. Но затем ничего не понимавшая Лина удивилась, увидев, как он нерешительно поднялся из-за стола и пошел навстречу незнакомцу.
Они оба стояли. Фершо оказался всего лишь худым, уже старым мужчиной, одетым хуже любого клиента, с палкой в руке. Мишель оживленно о чем-то говорил ему, полуобернувшись в сторону Лины, так, что его собеседник стал внимательнее ее разглядывать.
Неужели Мишель станет утверждать, что находится тут со случайно встреченной женщиной? Лина не исключала этого. Она ждала, нахмурив лоб. Из-за только что рассказанной истории ей хотелось придать лицу презрительное выражение.
Что они там обсуждали? Что решали? Почему Фершо был так скуп на слова, в то время как Мишель говорил с растущим оживлением?
Наконец мужчина с деревянной ногой пересек кафе, направляясь к Лине, остановился перед ней и снял шляпу.
На висках у него были капельки пота.
— Добрый вечер, мадам.
Мишель счел нужным его представить:
— Господин Дьедонне Фершо.
— Вы позволите?
Он присел, нажав какой-то рычаг на ноге, чтобы она согнулась.
— Я