Дело о Короле оборотней стр. 119
поставил кошек на землю, и они степенно пошли по каким-то своим неведомым кошачьим делам. Одна из них задержалась возле кого-то из волков и стала тереться об его переднюю лапу. Оборотню это не нравилось, если я что-то понимаю в выражении волчьих физиономий, но кроме гримасы он ничем своё неудовольствие не проявил.
— Браво, Станислав! — Франц демонстративно зааплодировал. — Вы очень интересно всё рассказали. Но дело в том, что я знаю, где сейчас мальчишка. Вчера не знал, а сегодня знаю. А вы?
— Я понятия не имею, где он, — честно ответил я.
— Освободить его — нет ничего проще. А вот история, которую мы скормим вашему губернатору — другое дело. Тут без вашей помощи никак не обойтись.
Я прекрасно его понял. Дураков, готовых сожрать Олега ради того, чтобы занять пустующий трон, в Роду не было. Похитили его совсем для другого — устроить шум, чтобы конституционный суд прекратил тянуть время и вынес единственно возможный по законам Вервольфа вердикт. Что сегодня и произошло. Наверняка им тонко намекнули, что вердикт спасёт пацана, а отсутствие вердикта будет неправильно понято киллерами губернатора из провинциальной гвардии Приграничья.
Смешно, конечно, что в стране, считающей себя сильнее Империи, гвардия крохотной имперской провинции вдруг стала заметной силой. Понятно, что к этому приложил руку сам президент Вервольфа, но всё равно смешно. Суд её, конечно же, боится, да и сам вождь наверняка опасается. Тем более, главарь похитителей — он, и никто другой. К тому же по ходу первого похищения убита Арина, нянька губернатора, что работала на него до самой смерти. По законам Империи за всё, что творит банда, отвечают главари, даже если они лично к этому непричастны. Вряд ли губернатор решит иначе.
Хотя, если пацана вернут родителям живым, здоровым, довольным и до сих пор считающим себя чьим-то там королём, его папаша, думаю, в обмен согласится забыть о погибшей нянечке. А вот если мальчишке досталось — совсем другое дело. Головы виновных — самое меньшее, что потребует разъярённый отец. И надо сказать, мерзкий Олег умеет сделать так, чтобы окружающие его возненавидели. Что происходит, когда оборотни злятся, я понаблюдал, когда Тома наказывала Вику. Но Вике оно не страшно — перекинулась туда и обратно, и снова целая. Олег так не умеет.
В таком случае Олега лучше отдавать родителям мёртвым. Трупы не жалуются на жестокое обращение, и не способны опознать своих похитителей. Тогда понадобятся и похитители, желательно тоже мёртвые. И я не представляю, кто лучше всего подходит на эту роль, чем подданный Империи, да ещё и давно замешанный в эту историю. То есть, я. Конечно, всё это предположения, доказательств у меня нет, но проклятое чутьё вопило, что всё так и есть, ну, или почти так, и вождю я нужен мёртвым. То, что я пока жив, его охранники без труда поправят.
Я очень хотел бы ошибиться, но сам в это не верил. И потому бросал похотливые взгляды то на Тому, то на Вику. Тома нервничала и на меня не смотрела, а Вика заметила и ответила таким же взглядом, ещё и губы облизала так, чтобы я это видел. Хотела изобразить страсть, но пока у неё плохо получалось. А я вертелся, чтобы наблюдать боковым зрением