Дело о Короле оборотней стр. 126
Вика. — Он сейчас спит. Разве ты не слышишь его храп?
Я задумался, нужен ли мне этот сторож. Не лучше ли тихо удрать, и пусть он себе мирно храпит и дальше.
— Нет, не слышу, — признался я. — Я же эльф, не забыла? У нас слух и нюх куда хуже ваших.
— Когда я человек, у меня они тоже слабые, — согласилась Вика. — Так мы идём к нему? Или хочешь оставить за спиной живого вооружённого противника?
— Где ты слов-то таких набралась, кровожадная девочка? — вздохнул я.
— В книжках прочитала, миролюбивый дядюшка. А что?
— А то, что я — не боец спецназа, а сыщик. И мы в мирном городе, а не на поле боя. А когда в мирном городе спящему старику режут глотку, это очень не одобряет полиция. Так и норовит в тюрьму посадить. А о тюрьмах Вервольфа я наслышан, и вовсе не считаю, что их лучше раз увидеть. Да и незачем нам прорываться куда-то с боем. Дождёмся полиции. Но не здесь, а у окна, из которого виден двор. А то мало ли, вдруг они придут, убедятся, что в доме вождя Рода всё спокойно, и уберутся восвояси.
— Стас, никакие копы сюда не придут. Или ты забыл, что их никто не вызвал? Твои письма вождь забрал, он же сам тебе их показывал!
— Вызвал, вызвал, не беспокойся.
— А я беспокоюсь. Старик-то уже не храпит!
Я и раньше не слышал никакого храпа, так что для меня ничего не изменилось. Да и не хотел я избивать незнакомого старика доской с гвоздями, заплёванными серебром. Разве что другого выхода не останется. Пусть себе остаётся за спиной и вооружённым, справимся как-нибудь, если попробует напасть. Застать врасплох Вику ему точно не удастся, слух и нюх у неё превосходные даже в человечьей форме.
Беспокоило другое — если кто-то прибьёт мерзкого Олега, я буду первым подозреваемым. И, скорее всего, последним. Дверь в карцер я, конечно, запер, отмычка может не только открывать, но где-то же есть ключ, и наверняка не один. Но тут я ничего поделать не мог — охранять дверь с моим самодельным оружием — дурацкая идея. В этот раз охранники щадить меня не будут, они запросто прикончат нас с Викой, а потом Олега палкой с гвоздями, и всё — место преступления можно безбоязненно показывать полиции. Картина очевидна, убийцы уничтожены добропорядочными гражданами, дело можно сразу же закрывать.
Поделать с этим я ничего не мог, так что мы пошли искать выходящее во двор окно. Я совершенно не ориентировался в этом лабиринте коридоров, у меня дома в подвале коридор один, и в нём двери всего в три помещения — ледник и две кладовки, для угля и для всего остального. А тут… Вроде и дом больше всего раза в два-три, а коридоров уйма, они то заворачивают, то пересекаются друг с другом. А я дорогу не запомнил — когда меня несли в карцер, я изображал бесчувственное тело, и по сторонам смотреть не мог.
Скорее всего, заблудился бы, но Вика, отдав факел мне, перекинулась в волчицу и запросто провела меня по следам. Может, и не самым коротким путём, но мы добрались до лестницы и выбрались из подвала. Он оказался заперт, но на