Дело о наезде стр. 205
там? – Я не узнал своего голоса, сердце молотом стучало в груди.
Звук медленных, тяжелых шагов приблизился и замер около входа в гостиную. Наступила тишина.
Я весь покрылся потом. По ту сторону двери кто-то дышал спокойно и размеренно.
– Ну давайте же входите, черт вас дери! – воскликнул я, потому что этого не могли выдержать никакие нервы. – Что вы там играете в прятки? Входите, покажитесь!
Дверь медленно начала открываться.
Этот человек явно намеревался испугать меня, и ему это полностью удалось.
Дверь открылась. Не будь я привязан к кушетке, я, наверное, от неожиданности подскочил бы до потолка.
В дверях стоял высокий крепкий человек. Он был одет в голубой спортивный пиджак, серые фланелевые брюки и неброские коричневые полуботинки. Он стоял, засунув руки в карманы, а большие пальцы торчали наружу и целились в меня.
Я смотрел на него, не веря своим глазам. Сердце вдруг сковал холод.
В дверях стоял Роджер Эйткен.
IIПри виде выражения его лица меня охватил немыслимый, почти религиозный страх. Ступая тяжело, неторопливо и размеренно, он вошел в комнату.
Мне сразу бросилось в глаза, что он не хромал, а шел так, как ходил всегда, но тем не менее несколько дней назад он упал на ступеньках перед «Плаза Грилл» и сломал себе ногу.
Такое бывает
в кошмарном сне. Это был Эйткен, и в то же время это был не Эйткен. Злобное лицо, блестящие глаза – нет, это какой-то другой человек принял облик Эйткена. Этого человека я не знаю, и он пугает меня до смерти. Но тут много раз слышанный знакомый голос сказал:
– Кажется, я немного испугал вас, Скотт.
Да, это был Эйткен. Ему, и только ему, принадлежали этот голос и эта улыбка.
– Да. – Я говорил хрипло и нетвердо. – Испугали, и здорово. Вижу, вам удалось очень быстро вылечить ногу.
– А с ней ничего и не было, – сказал он, останавливаясь около меня. Его блестящие глаза неторопливо обшаривали мое лицо. – Вся эта история была подстроена специально для того, чтобы вы смогли познакомиться с моей женой.
Во рту у меня стало так сухо, что я не мог выговорить и слова. Я просто лежал и смотрел на него.
Он огляделся, затем сделал шаг к креслу и сел.
– Хорошо вы здесь устроились, Скотт, – сказал он. – Немножко, правда, удаленное местечко, но зато очень уютное. И часто вы развлекаетесь с чужими женами?
– Это продолжалось совсем недолго, к тому же я не тронул ее и пальцем, – ответил я. – Вы должны меня извинить. Если бы вы развязали мне руки, мне было бы легче все как следует объяснить. А объяснить нужно многое.
Я снова вспомнил Люсиль.
Удалось ей освободиться? Или она все еще здесь, в доме? Если она все еще лежит привязанная к кровати, Эйткену должно быть об этом известно – ведь он вышел из моей спальни.
Достав свой золотой портсигар, Эйткен закурил.
– Пожалуй, я оставлю вас так, – сказал он. – По крайней мере, пока.
Тут у меня в голове мелькнула одна мысль. Безумная мысль, но меня словно всего парализовало. Я приподнял голову и по-новому посмотрел на него. Лью сказал, что кто-то должен прийти говорить со мной. Вот этот кто-то и пришел. Человек, который для меня был