Дело о наезде стр. 94
Мне нужно как следует подумать, а как я могу думать, если вы устраиваете истерику?
Она поднялась. Вдруг она снова стала очень юной, несчастной и желанной.
– Значит, я должна просто ждать, Чес?
– Позвоните часов в десять вечера. Возможно, у меня будет что вам сказать.
Она вдруг очутилась в моих объятиях, ртом я ощутил ее нежный, трепещущий рот, она обняла меня, прижавшись всем телом.
– О-о, Чес! – прошептала она, ласково поглаживая мой затылок. – Я так боюсь. Вы поможете мне? Все обойдется?
Сделав над собой усилие, я отстранил ее, потом повернулся и, с трудом сдерживая себя, отошел к окну. Прикосновение ее губ могло свести с ума кого угодно.
– Я надеюсь на вас, Чес, – сказала она. – Вечером позвоню.
– Позвоните, – ответил я, не оборачиваясь.
Я слышал, как удаляются ее шаги, и снова мне стоило немалых усилий не обернуться, не остановить ее.
Щелкнул замок – и она ушла, но я еще долго стоял и смотрел в окно.
IIЧасы показывали без двадцати одиннадцать.
Я сидел в кресле и думал. Пищи для размышлений, слава богу, хватало.
Вся эта история как-то попахивала липой. Нет, Люсиль, конечно, сбила полицейского, и он умер, тут сомневаться не приходилось, но в ее изложении все произошло как-то не так, как должно было быть на самом деле. Что-то тут не стыковалось. Стало быть, она мне морочила голову. Почему? Зачем ей, например, надо было настаивать, что О’Брайен появился справа? Что на оживленном шоссе она не встретила ни одной машины? Я все больше убеждался, что ее версии доверять нельзя. Понятно, она до смерти напугана, вот и думает, как заяц в капкане, только об одном: как бы вырваться, вырваться любыми средствами.
Надо действовать, ведь уходит драгоценное время. Почти наверняка вчера кто-то видел ее на шоссе, а это значит, что полиция может быть уже где-нибудь поблизости.
Стоп. Ведь на колесе моего «кадиллака» пятна крови! Меня бросило в жар. Если их найдет полиция, мне действительно будет кисло.
Я запер бунгало, пошел в гараж и взял там ведро с губкой. В ящике с разным барахлом я нашел крепкий висячий замок и крюк. Взяв все это с собой, я сел в «понтиак» и поехал к дому Сиборна.
При ярком солнечном свете я еще раз осмотрел «кадиллак». Что же повреждено? Левая фара была совершенно разбита, а металлическая окантовка помята так, что любителю здесь делать нечего. На крыле – два глубоких рубца, естественно, поправить это можно только в ремонтной мастерской. Я был абсолютно бессилен.
Я подошел к заднему колесу, чтобы осмотреть пятна крови, но здесь
меня ждало потрясение. Пятен не было. Наверное, целую минуту я тупо смотрел на колесо, не веря своим глазам. Потом опустился рядом с ним на колени, но это ничего не изменило – пятен не было. Я выпрямился и на негнущихся ногах подошел к правому заднему колесу. И вот на нем увидел пятна крови.
Я снова опустился на колени и долго-долго словно зачарованный смотрел на липковатую красную массу, растекшуюся по белому ободу колеса. Такого я никак не ожидал, и в мозгу моем заворошилось подозрение.
Поднявшись наконец, я обошел вокруг машины и снова осмотрел левую фару. Тут я сделал еще одно открытие. Люсиль