Дело табак стр. 13
в отпуске это, видимо, считалось смертным грехом. Зато кофе был черным, густым и сладким.
— Ты крепко спал, — заметила Сибилла, пока Ваймс удивлялся неожиданной роскоши.
Он ответил:
— Нет, дорогая, заверяю тебя, я и глаз не сомкнул.
— Сэм, ты всю ночь храпел. Я же слышала!
Ваймс достаточно усвоил науку супружества, чтобы удержаться от дальнейших комментариев. Он лишь сказал:
— Правда? Я храпел? Ну, извини.
Сибилла принялась перебирать небольшую пачку пастельных конвертов, лежавших на подносе с завтраком.
— Ну вот, новости уже разошлись, — произнесла она. — Герцогиня Кипсек пригласила нас на бал, сэр Генри и леди Пепелинг пригласили нас на бал, лорд и леди Персст пригласили нас… да, на бал!
— Однако, — сказал Ваймс, — какая прорва…
— Не смей, Сэм, — предупредила жена, и Ваймс робко закончил:
— …приглашений. Ты же знаешь, дорогая, что я не умею танцевать. Я просто топчусь на месте и наступаю даме на ноги.
— Ну, балы устраивают в основном для молодежи. Многие семьи приезжают на лечебные воды в Хэм-на-Ржи, это неподалеку отсюда. И основная забота у родителей — выдать дочь за подходящего человека, а для этого нужны балы, непрерывные балы.
— Вальс я еще кое-как станцую, — сказал Ваймс, — там главное счет. Но ты же знаешь, что я терпеть не могу все эти танцы с прыжками, контрабансы да ботильоны.
— Не беспокойся, Сэм, мужчины постарше обычно просто сидят и покуривают. Поиском подходящих холостяков занимаются матери. Надеюсь, моя подруга Ариадна выдаст замуж всех своих девочек. Она родила сразу шестерых. Это большая редкость. Юная Мэвис очень благочестива, а здесь наверняка есть какой-нибудь молодой священник, который ищет жену, а главное, приданое. А Эмили миниатюрная блондинка, она превосходно готовит, но стесняется, что у нее слишком большая грудь.
Ваймс уставился в потолок.
— Подозреваю, будущий муж не станет особо упираться, — предрек он. — Назови это мужской интуицией.
— Потом Флер, — продолжала госпожа Сибилла, не обращая на него внимания. — Она мастерит очаровательные шляпки.
На мгновение она задумалась.
— А
следующая — Аманда, если не ошибаюсь. Очень интересуется лягушками. Хотя, может быть, я просто ослышалась. И еще Джейн. Девушка со странностями, как говорит Ариадна. Она как будто не знает, куда себя деть.
Ваймсу было совершенно не интересно слушать о чужих детях, но считать он умел.
— А последняя?
— О, Гермиона. С ней могут возникнуть некоторые сложности, потому что она скомпрометировала семью, по крайней мере в представлении родных.
— Каким же образом?
— Она дровосек.
Ваймс на мгновение задумался и сказал:
— Ну, дорогая, по крайней мере, если женщина умеет владеть разными инструментами, ее не испугает даже самый большой…
Госпожа Сибилла резко перебила:
— Сэм Ваймс, я правильно понимаю, что ты собираешься отпустить неприличную шутку?
— По-моему, ты успела первой, — с ухмылкой заметил Ваймс. — Признай, дорогая, обычно так и бывает.
— Может быть, ты и прав, Сэм, — сказала Сибилла, — но я это делаю лишь для того, чтобы помешать тебе ляпнуть непристойность. В конце концов, ты герцог Анкский и повсеместно считаешься правой рукой патриция Ветинари. А значит, неплохо бы соблюдать некоторые приличия, тебе так не кажется?
Холостяк счел бы слова Сибиллы ненавязчивым советом; но для опытного мужа это был приказ, тем более властный, что отдан он был весьма нежно.
Поэтому, когда сэр Сэмюэль Ваймс, он же командор, он же