Демон с соседней улицы стр. 105
откусил примерно два кэгэ от слитка и, аккуратно выплюнув себе на ладонь, сунул в карман.
Где и как обращать золото в реальные деньги, знает любой мелкий бес. Я нежно приобнял жену, подмигнул улыбающемуся в кроватке сыну и тихо слинял, предоставив Азриэлле с головой уйти в дальнейшие расчёты. Я был бы тут не только лишней, но и раздражающей составляющей. Осталось позвонить…
– Кореш, я за, э! – объявил Толстый демон, крича в трубку так, что у телефона лопнул экран.
Мне пришлось покупать себе новую мобилу.
– Я не пойду, – так же уверенно отказал Альберт после третьего вызова. – Во-первых, все эти мальчишники по сути своей являются натуральнейшими рассадниками греха. Во-вторых, если я буду пить в компании трёх демонов, то меня уволят. И не просто, а дисквалифицируют до уровня вечного наблюдателя за божьими коровками. Кстати, вполне себе тихая работа…
Белый ангел редко позволяет себе столь длинные монологи, но если уж его понесло, то и кляпом не остановишь. Короче, когда я снял на ночь сауну с роскошным столом, горой жратвы, ящиками бухла, то на огонёк заявились лишь Толстый и шеф. О чём говорить трём демонам? Не о чем!!! Скука зелёная-а… Девочек вызвать, что ли? В кармане зазвонил телефон.
– Абифасдон, – быстро заговорил белый ангел, и чувствовалось, что каждое слово даётся ему очень непросто, – извини, я был не прав. И я у тебя в долгу. Куда приехать?
– Набережная Золотого затона… ну ты знаешь, мы с тобой там подрались год назад.
– Знаю. Всё отремонтировали?
– О, стало ещё лучше.
– Только я буду не один…
– Сюрприз! – громко проорал я, когда в сауну вошли двое ангелов.
Альберт и его непосредственный начальник. Ну, тот самый полковник, который пил у бабулечки… упс! Есть вещи, о которых лучше не вспоминать, если хочешь жить долго и счастливо. Тем более в такой специфической компании.
Два ангела, два демона, посередине я, когда рванёт, можно даже не загадывать. Да в любую секунду!
– У меня тост, – неожиданно спас положение крылатый полковник. – Я хочу выпить за…
– Поддерживаю, – не дослушав, объявил мой шеф – тощий мужичок с профилем Шарля Азнавура – и, не тратя времени, засадил гранёный стакан коньяка.
Все замерли. Начальник Альберта пожал плечами и молча опрокинул рюмочку.
Пронесло. Потом я разлил по второй. Теперь уже Толстый взял слово.
Через какое-то время мир вокруг нас накрылся медным тазом…
Когда я открыл глаза, вокруг сиял неземной свет и играла райская музыка. Её трудно объяснить и тем более воспроизвести. Не скрипка, не флейта, не фортепиано, не гавайская гитара или русская гармонь, это, скорее всего, вообще не музыкальные инструменты. Это сама жизнь…
Заблатуй, месяц март, заблатуй,
И порадуй нас тихой капелью,
Расколдуй, месяц март, расколдуй
Нас, закованных в зоне метелью…
Вот скажите мне, люди, как рождаются в вашей голове эти дивные звуки и каким образом проявляется столь высокая поэзия, воздействуя на психику любого существа, – загадка покруче тайны пирамид или бинома Ньютона. Я даже не дерзаю своей демонической душой (или что у меня там?) к этому прикоснуться, но понимаю, что совершенство есть. Есть по факту, и всё тут.
– Больной трохи пришёл в себя, – чарующе пропел дивный голос с нежнейшим краснодарским акцентом. – Люся, утку неси, мужчине уже надо!
Мозг отказывался понимать, в какое райское местечко я попал. Ещё нигде и никогда