День, когда пропали ангелы стр. 180
цветах, которые мы посадили вместе, о том, как катались с небольшого холма за амбаром, когда я был совсем ребенком.
Я вспомнил даже то, что не мог помнить, – как она смотрела на меня, когда я только что родился: словно на самое бесценное в мире сокровище, как кормила меня из бутылочки, пела, закрыв глаза, любимые песни, ясным и чистым голосом.
Я вспомнил ее песни, куплеты и припевы, ноты и паузы. Аромат листа закружил меня той музыкой, а когда слова и мелодия затихли, я услышал стих, что проповедник прочел на маминых похоронах:
«По ту и по другую сторону реки, Древо Жизни, двенадцать раз
приносящее плоды, дающее на каждый месяц плод свой; и листья дерева – для исцеления народов».
– Древо принадлежит мне! – решительно сказал я. – Я принес его сюда и вырастил, и теперь могу делать с ним, что пожелаю.
Чуя, что я колеблюсь, Амарок подошел ближе. Наверное, каким-то образом понял: я потерял уверенность и не знаю, как поступить, и в равной степени готов как уничтожить Древо, так и оберегать его.
– Оно не твое!
Но я видел сердце Амарока, и посреди царящего там мрака разглядел зерно сомнения. Тьма внутри меня умирала, угасала – ее убивал аромат листа, и мое зрение очистилось. Я стал видеть вещи такими, какими они были на самом деле.
Наклонившись, я поднял меч. Некогда было искать, чем обернуть рукоять и защитить кожу, пришлось действовать быстро. Я обжегся, но стиснул зубы и вцепился в рукоять.
Боль оказалась мучительной. Моя кожа плавилась, пузырилась и лопалась, прилипнув к горячему металлу, но нужно было держаться. Рука онемела.
Физическая боль смешалась с моим горем, и я вскрикнул, издав первобытный звук.
Абра по-прежнему лежала неподвижно на земле где-то позади. Я не знал, жива она или мертва. Амарок рычал, не отводя от меня взгляда. С огромных блестящих клыков капала слюна.
Древо тем временем все еще медленно, но росло, двигаясь так же, как колышущаяся от ветра роща, – листья шуршали, плоды покачивались.
Небо пронзила молния, и за ней последовал невероятный по силе удар грома. Дождь припустил пуще.
Посреди этого хаоса мелькнули две вспышки. Врезались в землю и обрели форму, и я догадался, что это мистер Джинн и мистер Теннин – херувимы, которые сражаются за Древо Жизни с начала времен.
Они мерцали и были похожи на людей, но в них таилось и нечто большее, словно всю жизнь до этого момента я видел людей лишь в затуманенном зеркале. Ангелы замедлились, явив свою красоту, силу и мощь.
Херувимы не произнесли ни слова, но время от времени я чувствовал, что они говорят друг с другом. Будто я проник в их мысли и сознание, только вместо слов общение ангелов состояло из потока чистых эмоций и выверенных движений. Они пронеслись сквозь туман и дым как кометы, а когда взвились ввысь, раздался гул, как у реактивных самолетов или ракет.
Херувимы ненадолго замерли – тогда-то я и увидел их облик, но в основном они летали вокруг Древа и над рекой, иногда сталкиваясь и производя при этом громкий треск, похожий на щелчки электрического кабеля, оторвавшегося от столба и упавшего на землю. От ударов возникали вспышки, и к подножию деревьев на дальнем берегу реки упали