День, когда пропали ангелы стр. 199
днем.
Мы миновали двор, амбар и сраженный молнией дуб, подошли к крыльцу и громко застучали ботинками по доскам. Казалось, мы возвращаемся в реальность.
Дружной компанией мы вошли в ярко освещенный дом. В гостиной из телевизора доносились звуки бейсбольного матча, приближающегося к финальному раунду.
– Мистер Чемберс, – позвал мистер Теннин, – вы здесь?
– Да! – откликнулся отец.
– У матери Абры по дороге сюда закончилось горючее. Возможно, мне стоит прихватить немного бензина и доехать до нее, чтобы помочь заправиться?
– Конечно, – сказал отец. – Спасибо, Теннин.
Вскоре мистер Теннин и Абра снова вышли в ночь. Я помахал ей вслед, а когда она повернулась, увидел бугор, выступающий под рубашкой, – это была рукоять меча. Я надеялся, что Абра сбережет его и сохранит в тайне.
Мне хотелось одного – отправиться спать. Но когда я уже добрался до лестницы, меня окликнул отец:
– Сынок, днем к нам заглядывал мистер Джинн. Говорит, хотел увидеться с тобой. Он оставил для тебя записку на кухне.
– Хорошо! – сказал я.
На кухонном столе я обнаружил маленький клочок белой бумаги, исписанный остроконечным почерком.
«Я хотел поговорить с тобой о нашем незавершенном деле и отдать тебе должок. Будь завтра дома днем, я снова зайду, поболтаем. Если не застану тебя, что ж – придется передать плату твоему отцу».
Я понял, о чем он хотел сказать. Старик злился, что я до сих пор не нашел Древо Жизни и не вернулся к нему на ферму об этом поговорить. Он собрался скормить меня Амароку или еще чего похуже – вот чем мистер Джинн собрался заняться завтра, отдать «должок». И если я не появлюсь, он сделает все то же самое с моим отцом.
– Нашел записку? – крикнул отец, чей голос смешивался с шумом бейсбольной игры.
– Ага, – ответил я, держа ее в руках и стараясь не поддаться страху.
– Не уходи завтра далеко. Похоже, сосед очень хотел с тобой увидеться!
– Хорошо, не уйду.
Той ночь мне приснился еще один сон.
Я играю с отцом в прятки на нашей ферме. Я очень маленький – около четырех или пяти лет. С кухни доносится папин голос, ведущий отсчет: «Один, два, три, четыре, пять…»
Он все считает, а я поднимаюсь по ступенькам. В коридоре я останавливаюсь, глядя на двери: дверь в конце ведет в ванную, та, что рядом, – в спальню родителей. Моя комната посередине, свободная гостевая – справа. Это ни день и ни ночь. Может, ранний вечер. Призрачный свет брезжит в окнах и в щелях под дверями.
«Двадцать три, двадцать четыре, двадцать пять, двадцать шесть…»
Отец продолжает считать, а я никак не могу
решить, где спрятаться. Обычно я бегу к маме, но внезапно мне снова оказывается двенадцать лет, и я вспоминаю, что она умерла. Бежать не к кому, а отец вот-вот придет меня искать. Грудь стискивает ужасное чувство, что укрыться негде и никто не придет на помощь.
«Тридцать восемь, тридцать девять, сорок…»
Я забегаю в пустую спальню и смотрю в окно. На углу церкви снова и снова мигает и гаснет уличный фонарь. Справа раскачиваются на ветру ветки дерева. Темнеет, и над восточным хребтом сверкает молния.
«Сорок восемь, сорок девять, пятьдесят. Кто не спрятался, я не виноват!»
Тишина…
Я жду. Отец, наверное, ищет на