День синей собаки стр. 59
она поняла, что терпение Дадли на исходе, он так и рвется в бой.
Расставшись с мальчиком, Пегги пошла принять душ. Едва она намылилась, как в кабине, прямо под струей воды, материализовался призрак. Его молочная физиономия, пробившись сквозь керамические плитки, высунулась наполовину и была похожа на прозрачную маску, прибитую к стене. От неожиданности девочка отскочила назад, поскользнулась на мокром каменном полу и упала навзничь. И непроизвольно потянулась к банному полотенцу, чтобы прикрыться.
Прозрачное лицо захихикало. Казалось, оно состояло из студенистой жидкости.
– Вот видишь, – сказал призрак. – Теперь это неизбежно.
– О чем ты говоришь? – сердито спросила Пегги, недовольная тем, что ее застали врасплох.
– О бойне, конечно, – засмеялось лицо. – Они перебьют друг друга, все пойдет как по маслу.
– Так вот что вас забавляет, – возмутилась девочка. – Вам надо довести людей до крайности.
– Да, – согласилась тварь. – Признаться, это смешно. Прекрасно представляю себе, что произойдет. Сет Бранч захочет что-то предпринять… какую-нибудь боевую операцию. Однажды ночью он попытается перебить животных. Эффект неожиданности позволит ему преуспеть в этом, по крайней мере частично, но животные тут же отреагируют и пучками телепатических волн воздействуют на мозг людей таким образом, что он взорвется. Это будет красивая бойня. Мы тут же удалим голубое солнце и восстановим связь. Когда прибудет полиция, она обнаружит десятки убитых животных и сотни людей, умерших от кровоизлияния в мозг. Выжившие будут выглядеть сумасшедшими, ведь они станут упорно рассказывать о животных-телепатах… Кто им поверит? Как только солнце исчезнет, накопленные знания немедленно сотрутся из памяти животных. И останется лишь потрясающая загадка – еще одна! – о которой журналисты напишут множество статей, одну глупее другой.
– Ты слишком самоуверен! – выкрикнула девочка. – Наверное, забыл, что я еще не сказала последнего слова.
Призрак расплылся в улыбке.
– Тебе не удастся повернуть вспять ход событий, – заметила тварь. – Я думаю, тебе первой голубая собака повредит мозг.
– Пошел вон! – крикнула Пегги. Прозрачное лицо вжалось в керамическую плитку и исчезло.
Через несколько дней, в жаркий послеполуденный час, Дадли проскользнул в дортуар, где люди спали на походных кроватях, сраженные жуткой духотой. Мальчик наклонился над Пегги и дотронулся до ее плеча. Девочка, только начинавшая засыпать, подскочила.
– Тс-с! – прошептал Дадли, закрыв ей ладонью рот. – Ничего не говори. Иди за мной.
Девочка подчинилась. Подростки вышли из зала, стараясь не разбудить взрослых. Перед тем как переступить порог двери, ведущей на улицу, Дадли протянул Пегги большие черные очки.
– Держи, – сказал он, – надень их. Солнце такое яркое, что его свет меняет цвет глаз у тех, кто гуляет в разгар дня. Если твоя радужная оболочка станет синей, шериф догадается,
что ты тайком выходила на улицу.
Пегги Сью нацепила на нос черные очки поверх своих, от близорукости. Это было неудобно, она сквозь них ничего не видела, но Дадли взял Пегги за руку, и это прикосновение взволновало ее. Впервые мальчик позволил себе подобный жест. Сердце девочки учащенно забилось. Она питала слабость к Дадли.
Как только они оказались на улице, свет насквозь пронзил Пегги. Лучи, отражающиеся от металлических предметов, напоминали огненные стрелы. Мальчик достал другую пару черных очков и быстро надел их.
– Спрячь руки в карманы, – прошептал он, – иначе они станут синими, прежде чем мы дойдем до конца улицы.
Они шли вдоль