День триффидов. Мутант–59 стр. 261
вынимал очередную стопку и перемещал ее в термостат, после чего неизменно делал пометку в блокноте, подвешенном подле термостата.
Усталые и небритые ученые сосредоточенно таращились в бинокулярные микроскопы. Осмотр очередного стеклышка, запись в блокноте, и стеклышко отправлялось в ведро с дезинфицирующим раствором.
Тут же проводились опыты на чувствительность бактерий к антибиотикам. Чашки, используемые для этой цели, отличались тем, что поверх ровного слоя желе с выращенными в термостате бактериями накладывались кружочки из фильтровальной бумаги. На каждый кружочек наносилась капля какого-то определенного антибиотика, так что любое замедление роста бактерий, вызванное антибиотиком, выглядело бы как прозрачное колечко вокруг накладки.
В иммунологическом отделении три женщины в белых халатах сидели у вытяжных шкафов, за самодельными экранными фильтрами, и разносили по сотням стеклянных пробирочек, установленных на штативы, капельки чистой сыворотки. Как только штативы наполнялись, их забирали в расположенную по соседству водяную баню, где они медленно подогревались до температуры человеческого тела.
Надо всей этой кипучей деятельностью висел несвежий суповой запах питательных сред. Воздух был пропитан сыростью – в соседней комнате располагались паровые стерилизационные печи. По запотевшим окнам струйками сбегала влага.
В углу главной лаборатории стеклянными стенами был отгорожен отсек. Здесь было сухо и прохладно, сюда не проникало тропическое лабораторное зловоние. За столом сидел профессор Кенделл. Он был худ
и похож на птицу, голову его покрывали мягкие седые волосики. Пока он присматривался к остальным, предоставляя им возможность оживленно спорить.
Райт присел на краешке стола. Джеррард тяжело опустился в кресло. Потом вошел и Скэнлон – он оседлал жесткий стул рядом с Кенделлом.
– Если быть совершенно честными, – произнес профессор, дотошно выговаривая каждый звук, – то мы потерпели почти полное фиаско. Учтите – мы уже перепробовали все известные антибиотики. Из всех из них бактерии сколько-нибудь чувствительны лишь к одному – к неомицину «Д».
– Так почему же мы его не используем? – вмешался
Райт.
– Потому что, дорогой мой доктор Райт, в целом мире неомицина хватит лишь на то, чтобы стерилизовать несколько квадратных метров. Боюсь, от нас потребуется куда большая изобретательность. Нет, нет, здесь мы потерпели неудачу и, увы, должны это признать.
– Уверен, что развитие мутанта связано с полимером, который был использован для самораспадающихся бутылок, – сказал Джеррард. – На заброшенной станции метро мы убедились в этом своими глазами: вокруг каждого кусочка бутылки наблюдалась повышенная активность микробов. Я доставил вам образцы, вы их видели.
– Ну, и что из того? – ответил Райт. – Если мутанту нравятся наши бутылки, это еще не значит, что в них и есть причина всех зол…
– Я этого и не утверждал, – парировал Джеррард. – Я
сказал лишь, что тут есть какая-то связь.
– Что вы предлагаете? – мягко спросил Кенделл.
– Мне еще самому неясно, – ответил Джеррард рассеянно. Есть какая-то смутная догадка, что-то такое бродит в голове, но что? – Он задумался. – Почему, собственно, не помогают обычные дезинфицирующие препараты?
– До известной степени помогают, – ответил Кенделл. –
Дезинфекционные команды в настоящее время ничем другим и не пользуются. Беда в том, что все эти препараты оказывают лишь поверхностное воздействие. А нам нужно что-то более радикальное. Нужен метод, добирающийся до корней