Дерево лжи стр. 135
по полу.
— Говард? — окликнула Фейт. Она не хотела переходить в ночную детскую, на случай если он выбежит из укрытия и выскочит в холл за ее спиной. — Выходи, Говард!
Тишина.
— Говард, я достаю театр! — Ее осенило вдохновение. Она устроилась на полу и вытащила игрушечный театр из коробки.
Что-то скрипнуло, и в дверях ночной детской появилась маленькая фигурка мрачного заплаканного Говарда.
— Ах вот ты где, — Фейт облегченно вздохнула.
Говард бочком вошел в комнату с унылым видом, явно ожидая, что его будут бранить.
— Почему все кричат? — спросил он.
— Не обращай внимания, Говард. — Фейт сама едва слышала свой голос.
Когда Говард опустился рядом с ней на колени, прислонившись к ее боку, она обняла его.
— Говард, — ласково произнесла она, — нам нужно поговорить о пистолете.
Говард спрятал лицо в ее рукаве и отрицательно покачал головой.
— Не-е-е-ет! — был его приглушенный ответ. — Нет-нет-нет-нет! Он мне нужен! — Снова показалось его личико с блестевшими от безысходности глазами. — Покажи спектакль, Фейт!
Фейт взглянула на маленькую сцену, и силы внезапно оставили ее. Она действительно хотела порадовать Говарда, но, глядя на декорации с деревьями цвета слоновой кости, она могла думать только об огромной ладони, которая искала ее, пока она пряталась. Мертвый глаз нарисованной луны завораживал. Она внезапно почувствовала растущий ужас.
— Говард… — прошептала
она. — Я… не могу. Не сейчас.
— Пожалуйста!
У Говарда снова был этот дикий взгляд. Он был напуган. Он хотел, чтобы она снова ответила на все его вопросы. Фейт подумала, что Говард совсем еще маленький. Может, поэтому ему так нравится крошечный мир, который он может изучить и контролировать. Фейт вытащила шута и покрутила его за палочку, наблюдая, как он кувыркается. Подумала о своих выдумках, заставлявших людей прыгать выше головы, дробить камень и делать трещины в головах других. Язык у Фейт пересох, голос дрожал, но под ее рукой фигурки танцевали по белому лесу, сражались, насмехались друг над другом, кружились и умирали. Она зачарованно следила за ними, пальцы онемели. Она действительно ими руководит? Ее рука зачесалась, когда она взяла дьявола. Тот уставился на нее, оскалив клыки.
— Я хочу мудреца, — сказал Говард.
Фейт вывела на сцену крошечную фигурку мудреца с испачканным лицом. Значит, дело идет к концу.
— Мастер Говард! — пронзительно выкрикнул мудрец. — Что я могу сделать для тебя сегодня? У тебя есть вопрос ко мне?
Говард подтянул колени к груди и уставился поверх них. Несколько секунд он просто терся о них носом.
— Это из-за меня появился призрак? — очень тихо спросил он. — Я виноват, что не справился с ним и не смог его выгнать? И Жанна поэтому заболела, ушла отсюда и умирает? Это все я виноват? — Его голос стал громче, но более сиплым, из глаз покатились слезы.
— О нет! — Фейт уже с трудом могла пародировать голос мудреца. — Нет, мастер Говард, ты хороший мальчик…
— Но я не смог! — заныл Говард. — Я пытался! Пытался! Но я…
Он открыл свою тетрадь и начал листать страницы. Сначала буквы вполне можно было разобрать, хотя некоторые были перевернуты или сильно наклонены. Но страница за страницей карандашные каракули и значки становились все менее понятными, в них все больше сквозило отчаяние, и они все меньше были похожи на буквы. Некоторые напоминали какие-то безумные спирали.