Десять баллов с острова Наварон стр. 77
У каждого танка и орудия хлопотала группа людей, по всей видимости, производя последние приготовления. Игра в прятки окончилась. Все ожидания тоже подходили к концу. Циммерман посмотрел на часы.
— Двенадцать тридцать. Первые пехотные батальоны отправятся через пятнадцать минут и рассредоточатся по северному берегу. В два часа пойдут танки.
— Так точно, герр генерал. — Все детали были продуманы много часов назад, но иногда полезно повторить указания. Полковник посмотрел на север. — Я иногда думаю, есть ли там кто-нибудь вообще.
— Меня беспокоит не север, — угрюмо произнес Циммерман. — Я все время думаю о западе.
— Союзники? Вы… Вы думаете их воздушная армада скоро прибудет? Вы все еще об этом думаете, мой генерал?
— Я все еще думаю об этом. Они прилетят, помяните мое слово. За мной, за вами, за всеми нами. — Он передернул плечами и принужденно улыбнулся. — Костлявая старуха-смерть уже точит свою косу.
ГЛАВА 10. СУББОТА. 00:40 — 01:20
— Мы подъезжаем, — сказала Мария. Она высунулась из окна дребезжащего и болтающегося во все стороны паровоза, и ее светлые волосы подхватил и рассыпал ветер. Отодвинувшись от окна, она обратилась к Меллори: — Осталось метров триста.
— Пора браться за дело, машинист, — Меллори, в свою очередь, повернулся к Андреа.
— Вас понял. — Андреа налег на тормозной рычаг. Вся процедура повторилась: немыслимый визг тормозов, скрежет колес, огромное облако черного дыма. Паровоз остановился, и Андреа, выглянув из окна, увидел ущелье в форме перевернутой буквы «Л». — В ярде остановились.
— Не больше, — согласился Меллори. Если после войны окажешься без работы, тебе всегда найдется место железнодорожника, — Он спрыгнул на землю, подал руку Марии и Андреа, подождал, пока спустятся Миллер, Рейнольдс и Гроувс и нетерпеливо крикнул Андреа:
— Ну что ты так долго?
— Иду, — спокойно отозвался Андреа. Он отпустил до конца рычаг тормоза, и древняя конструкция опять начала набирать скорость. — Никогда не знаешь, что может случиться.
Они подошли к расщелине на обрыве скалы. Этот обрыв, вероятно, был результатом какого-то доисторического оползня, который спустился к Неретве. Водовороты вскипали у порогов, образовавшихся при том же оползне много веков назад. Призвав на помощь воображение, этот глубокий шрам на лице скалы можно было бы назвать и лощиной, но на самом деле это была совершенно перпендикулярная прорезь, состоящая из каменистой осыпи, сланца и гальки. И все готово было каждую минуту посыпаться вниз. Путь этой устрашающей массы только однажды, на середине, прерывался небольшим скалистым уступом. Миллер бросил взгляд в зияющие глубины, быстро отошел от края скалы, со страхом и недоверием перевел взгляд на Меллори.
— Я думаю, да, — ответил Меллори.
— Но ведь это немыслимо. Даже когда я взбирался на южный склон на Навароне…
— Ты не взбирался на южный склон на Навароне, — неодобрительно прервал его Меллори. — Андреа и я тащили тебя на веревке.
— Разве? А я и забыл. Но это… такое может присниться только в кошмарном сне.
— Но нам же не надо взбираться по этому склону. Как раз наоборот. С тобой все будет в порядке, если только не покатишься кубарем.
— Со мной будет все в порядке, если не покачусь кубарем, — автоматически повторил Миллер. Он следил за тем, как Меллори связывает