Десять баллов с острова Наварон стр. 82
небольшой излучины. Одновременно, как будто по приказу, остановились и посмотрели вверх. Огромная стена Неретвинской плотины предстала перед ними во всей красе. Дух захватывало от ее высоты. Над плотиной вставали и уходили в ночное небо скалы. Они поднимались сначала вертикально, а потом как будто склонялись друг к другу и, казалось, даже соединялись вершинами. Но Меллори уже хорошо знал, что это оптический обман. На вершине самой стены хорошо были видны сторожевые будки и радиорубка. Можно было разглядеть и маленькие фигурки немецких солдат. С самого верха восточной стороны плотины, там, где располагались сторожевые будки, на железных опорах спускалась вниз, к подножью ущелья, зигзагообразная
лестница, выкрашенная, как знал Меллори, в зеленый цвет. В тени, отбрасываемой плотиной, она казалась черной. У подножья лестницы бурлила белой пеной вода, стремясь побыстрее вырваться из выходных труб плотины. Меллори попытался определить, сколько ступеней у лестницы. Двести. Быть может, двести пятьдесят. И по всей длине ни одной площадки, где можно было бы передохнуть. Лестница была полностью открыта для наблюдения сверху. Меллори подумал, что он вряд ли бы выбрал такую лестницу для нападения — слишком опасно. На полпути между тем местом, где они стояли, и подножьем лестницы над беспокойными водами ущелья качался подвесной мост. Старый, ветхий, обшарпанный, он внушал мало доверия, но если и внушал какое-то, то оно моментально рассеивалось от одного вида огромного валуна, висящего прямо над восточной оконечностью моста, который, казалось, в любую минуту может низвергнуться со своего неустойчивого ложа.
Рейнольдс осмотрел открывшуюся его взору картину и обратился к Меллори:
— Мы были очень терпеливы, сэр.
— Вы были очень терпеливы, сержант, и я вам очень благодарен. Вам, конечно, известно, что в Клети Зеницы располагается югославская дивизия. Это как раз слева от нас, за горами. Вы также знаете, что в два часа ночи немцы собираются пустить через Неретвинский мост две танковые дивизии против партизан, вооруженных только винтовками. И если немцев не остановить, а их остановить трудно, они югославов уничтожат. Вам, наверно, также известно, что единственный способ остановить немцев — взорвать Неретвинский мост. И вы знаете наверняка, что все наши предыдущие действия были только прикрытием для настоящих.
В голосе Рейнольдса была нескрываемая горечь:
— Теперь узнал, и что же? — Он указал в сторону ущелья. — Я также знаю, что мост расположен где-то там.
— Верно. А я знаю также, что если бы даже мы и приблизились к мосту, а это совершенно невозможно, то мы все равно не взорвали бы его, имей мы хоть целый грузовик взрывчатки. Взорвать стальной мост на бетонных опорах — дело нешуточное. — Он повернулся и посмотрел на плотину. — Поэтому мы сделаем это по-другому. Видите плотину? За ее стеной тридцать миллионов тонн воды. Вполне достаточно для того, чтобы снести золотые ворота, а не то что этот мост через Неретву.
Гроувс произнес шепотом:
— Вы сумасшедший. — И, подумав, добавил: — Сэр.
— Знаю не хуже вашего. Но мы все равно снесем эту плотину. Дасти и я.
— Но в нашем распоряжении только несколько ручных гранат, — Рейнольдс был почти в отчаянии. — А в этой стене должно быть пять-семь метров толщины, и все из бетона. Взорвать ее! Но как?
Меллори покачал головой: