Детектив США. Книга 7 стр. 7
поднял руку, вынул из моих пальцев пистолет и понюхал его, не отнимая от меня своего.
— Только что стрелял, так? Прекрасненько! Кругом марш!
— Но послушайте…
— Поворачивайся кругом, детка.
Я медленно повернулся. Я еще поворачивался, а он уже сунул свой пистолет в боковой карман и потянулся к бедру.
Я должен был сообразить, что это значит, но не успел. Может, я и слышал свист дубинки. Почувствовать-то ее я должен был наверняка. Но единственное, что я помню, это внезапно разлившееся у меня под ногами озеро тьмы. Я окунулся в него и пошел ко дну… ко дну…
4
Когда я очнулся, комната была полна дыма. Дым висел в воздухе тонкими вертикальными полосами, как занавеска из бус. Два окна в дальней стене были вроде бы открыты, но дым стоял неподвижно. Комнаты этой я никогда раньше не видел.
Я немного полежал, размышляя, потом разинул рот и завопил во всю глотку:
— Пожар!
После этого я снова повалился на кровать, и принялся смеяться. Звук моего смеха мне не понравился. В нем было что-то идиотское, это даже я заметил.
Где-то послышались торопливые шаги, звякнул в замке ключ, и дверь отворилась. Человек в коротком белом халате пристально посмотрел на меня. Я немного повернул голову и сказал:
— Извини, Джек. Это не в счет. Это так, вырвалось.
Он сердито нахмурился. Лицо у него было маленькое, жесткое; глазки-бусинки. Я его не знал.
— Может, опять хочешь смирительную рубашку? — ухмылка у него была издевательская.
— Я в порядке, Джек, — сказал я. — В полном порядке. Я, пожалуй, сейчас вздремну немножко.
— Так-то лучше, — проворчал он.
Дверь захлопнулась, в замке повернулся ключ, шаги удалились.
Я лежал тихо и смотрел на дым. Теперь-то я знал, что на самом деле никакого дыма не было. Наверное, была уже ночь, потому что внутри фарфоровой лампы, висевшей на трех цепях под потолком, горел свет. Кругом лампы по краю шли, через один, маленькие разноцветные, оранжевые и синие, выступы. Пока я глядел на них, они вдруг раскрылись, как маленькие иллюминаторы, и из них высунулись маленькие, похожие на кукольные, головки, только живые. Там был человек в спортивной кепке, и пышная, пьяная блондинка, и какой-то тощий тип с криво сидящей бабочкой на шее, пристававший ко мне с одним и тем же вопросом:
— Какой бифштекс вам угодно, сэр, с кровью или средней поджаристости?
Я ухватился за край грубой простыни и вытер пот с лица. Потом сел и спустил ноги на пол. Ноги оказались босыми. Одет я был во фланелевую пижаму.
Сперва ноги мои ничего не чувствовали. Через какое-то время я попытался встать, и тут в них впились тысячи иголок и булавок. Потом пол вдруг ушел у меня из-под ног, и мне пришлось схватиться за спинку кровати. Но я все-таки встал и пошел.
Голос за моей спиной сказал:
— У тебя белая горячка. У тебя белая горячка. У тебя белая горячка.
Судя по всему, голос был мой собственный.
На маленьком белом столике в простенке между двух окон я увидел бутылку виски и потихоньку направился туда. Бутылка оказалась до половины полная. Это был «Джонни Уокер». Я взял ее, сделал длинный глоток из горлышка и поставил на место.
Вкус у виски был странный. Пока