ДЕТСКАЯ БИБЛИОТЕКА. Том 33 стр. 314
вздохнул вслед за братом Сергей.
— Вы… — Максим задохнулся… — вы… предатели… Вот вы кто! Отдавайте лунад!
Еще две плитки были возвращены Максиму.
— А ты? — спросил Максим Лешу Попова.
Изобретатель из семнадцатой квартиры вытащил лунад, надкусил и лениво сказал:
— Р-раз!
За его спиной повис кружевной гамак. Леша лег в гамак, уставился в небо.
— Я буду думать, — сказал он, наморщив лоб.
— Может, и ты не хочешь играть? — наступал Максим на розовощекого Леню.
Леня пятился, дергал плечом:
— Не знаю. Что-то не хочется…
— Выкладывай лунад!
— И не подумаю…
— А я говорю: давай!
Через секунду приятели тузили друг друга, и компания вокруг них сразу оживилась.
— Честный бой! Без лунада! — кричали зрители. — Мишка, суди!
Даже ленивый изобретатель соскочил с гамака, запрыгал, замахал кулаками.
— Раз! — считал Мишка. — Два!.. Три!..
Бой длился до десяти. Неожиданно крепкие руки схватили мелькавшие в воздухе кулаки. И все увидели Гум-Гама. Он был в спортивном костюме настоящий судья.
— Победа присуждается двум сторонам, — сказал с улыбкой космический путешественник. — Эх, вы, разве так сбивают из воздуха мороженое? Смотрите, как надо леденить воздух. Эту морозильную игру придумал я!
Руки Гум-Гама завертелись с быстротой пропеллера. Он словно отбивался от отряда невидимок. Наконец перестал взбивать воздух и поднял над головой кулак.
— Эскимо, — похвастал Гум-Гам. Каждый его палец оброс мороженым с шоколадной корочкой. — Самый приятный завтрак, — продолжал Гум-Гам, облизнув палец, — это мороженое. Кто хочет? Эскимо из воздуха…
Кое-кто принялся махать кулаками, но не все. Большинство стояло со скучающим видом.
— А вы? — спросил Гум-Гам. — Вы не любите мороженое?
— У них болят зубы, — мрачно пояснил Максим. — Им надоел лунад.
Лицо Гум-Гама странно поголубело. Он молча смотрел на друзей.
— Вы не хотите больше играть? — удивленно сказал он.
Его друзья молчали.
— Вы не хотите играть в луну и звезды? В деревья и качели? В стрекоз и смех? Не хотите играть со мной?
— Мы уже во все играли, — раздался голос Мишки.
— Ага, — пискнул
Зайчик. — И так каждый день обманываешь бабушку. А это нечестно…
— От ремня не уйдешь, — поддержал его Сергей.
А Леша Попов сказал, лежа в гамаке:
— Понимаешь, Гум-Гам… Когда с лунадом — все очень легко, все само собой получается. А мне, может, не хочется, чтоб получалось. Что я — не человек, что ли? Я сам хочу, сам, понимаешь?
Гум-Гам рассердился. Глаза его сверкнули синим светом.
— Я ухожу! — оглядывая друзей, предупредил Гум-Гам.
— Ты что, Гум-Гам… — испуганно произнес Максим.
— Я ухожу из вашего двора! — еще громче сказал Гум-Гам. — Я найду веселых людей.
— Я иду с тобой! — заявил Максим и вдруг вспомнил, что у него нет камня путешествий. Но он не смутился. — Я буду играть с тобой, Гум-Гам! У меня есть лунад…
Он хлопнул себя по карманам, стал выворачивать их. Карманы были пусты, только что в них лежал чужой лунад… Теперь и его нет.
— Автук, — прошептал Максим никому не понятное слово, и Гум-Гам сразу догадался, что минуту назад, когда он сказал, что навсегда покидает этот скучный двор, лунад исчез из карманов всех игрунов.
— Я найду новую планету — планету для игр! — горячо сказал космический путешественник, обращаясь к Максиму. — Пускай там никого не будет!
Только ты и я! Нам всегда весело. Жди моего знака!
Он вытащил синий