Детский мир (сборник) стр. 6
стягивала его крупную голову, а передние пуговицы едва удерживали живот, и еще – почти двухметровый рост, не сержант, а языческий бог, обозревающий подданных.
К такому не захочешь, а подойдешь.
Даже Тотоша присел и, не решаясь обнюхать, скосился на лаковые голенища.
– Куда спешите, Сережа?
– Да вот, выходные, – бестолково объяснил Сергей. – То да се. На рыбалку, а, может быть, и за грибами. Сами понимаете, надо все подготовить…
Дядя Миша неторопливо отклинил фуражку и громадным махровым платком вытер лоб, на котором околыш оставил заметную полосу.
Спрятал платок в карман.
– Да… Погода имеется подходящая… И клевать, как я понимаю, должно, и моховички – уже побежали. Вы, Сережа, куда именно собираетесь?
– Так – на Грязи, естественно. Куда каждое лето.
Дядя Миша водрузил фуражку на место.
– Грязи – дело хорошее, – веско сказал он. – Я и сам, бывало, на Грязи по субботам закатывался. Возьмешь, значит, удочку, выйдешь с утра на берег… Болотце там, вот, что меня беспокоит…
– Так в болотце мы не полезем, – бодро ответил Сергей. – Мы – с другой стороны, там, где березняк и обрывы. Да и что за болотце: корова перейдет – не заметит…
Он томился натужной необязательностью разговора.
Дядя Миша, однако, не собирался его отпускать: обозрел пустошь площади, где скучали на остановке несколько сельских жителей, по привычке сверил часы, потому что как раз еле слышно бибикнуло, погрозил толстым пальцем Евсею, который в потертом своем пиджачке направлялся неверной походкой куда–о в сторону магазина, объяснил, отдуваясь, как уставший гиппопотам: «Уже нагрузился. Сейчас свалится где–нибудь в переулке», – и продолжил, словно по служебному долгу:
– Корова–то корова, Сережа. Да вот, говорят, там подземные воды проклевываются. Значит, два раза пройдешь, на третий – провалишься. Такая механика…
– Ладно, дядя Миша, я буду иметь в виду.
– Вообще там посматривайте: следы, может, какие–нибудь, обрывок одежды…
– Вы, дядя Миша, о чем?
– Так мальчишку–то до сих пор не нашли, – ответил милиционер. – Так его туда и
растак!.. С утра прочесываем окрестности.
– Какого мальчишку?
Дядя Миша повернулся всем телом и впервые с начала беседы внимательно посмотрел на Сергея.
– Байкалов Вася. Вечером вчера ушел и до сих пор не вернулся. Мать – в истерике. Главное, вообще непонятно, куда он мог деться. Если бы с ребятами, ну – кто–нибудь бы проговорился. А так – как в воду. Неужели, Сережа, не слышали? То–то я гляжу, вы – разгуливаете…
– Вася Байкалов?
Сергей вдруг вспомнил заплаканную пожилую женщину, которая ему не ответила. Вероятно, мать. Байкалова он не знал. Представляю каково сейчас Ирине Владимировне. Тоже – мечется, наверное, по кварталам. Классный воспитатель всегда и за все в ответе.
Он сказал неуверенно:
– Мальчишки, все–таки, дядя Миша. Ну, играют в каких–нибудь там индейских разведчиков. Или дома поссорился, убежал, чтобы характер продемонстрировать. Или, может быть, поспорил с ребятами… Объявится к вечеру. Есть захочет – вернется.
Он в это не слишком верил.
А дядя Миша, который слушал его тираду, вновь достал платок и неторопливо утерся.
– Может быть, и объявится, – рассеянно сказал он. – Вы, конечно, учителя, вам – привычней… Нет, не так все просто, Сережа. Было месяц назад аналогичное происшествие. Помните – четвертая школа, мальчик Володин? На окраине это, но мы принимали участие. Так вот, его не нашли.