Девять граммов на удачу стр. 143
ничего не заметила. Она медленно пошла вперед. Механик двинулся следом. За ним пристроился я. А в затылок мне задышал Могильщик. Вернее, один из представителей целого коллектива Могильщиков. Он попытался оттеснить меня в сторонку, чтобы самому держаться как можно ближе к Юрун, но я был тверд и решительно поставил его на место. Точнее, растопырился так, что обойти меня можно было, только сойдя со Змеиной тропы.
Могильщик смирился и в отместку принялся наступать мне на пятки. Я укоризненно покачал головой. Ну что за ребячество, в самом-то деле!..
Окаменевший человек, которого я разглядел в бинокль с холма, застыл на бегу, не преодолев и десяти метров по опасной пустоши. Но самое страшное – он был жив. Его глаза буквально выпрыгивали из орбит. Жуткое зрелище. Если бы не глаза, можно было подумать, что перед нами самый обычный памятник, выполненный весьма талантливо и со всеми подробностями, вплоть до складок на мешковатой куртке и мелких морщинок на лице.
Юрун встретилась с каменным истуканом взглядом, побледнела и замерла на месте. Механик приблизился к ней, взял за плечо и склонился к ее уху:
– Юля, очнись. Не смотри на него. Гляди только на нить.
– Мех, а ему никак нельзя помочь? – севшим от напряжения голосом спросила Юрун.
– Можно…
Наемник вытащил ПБ и выстрелил «памятнику» в глаз. Пуля ввинтилась в мозг, прекращая мучительную псевдожизнь. Мех убрал пистолет и пояснил:
– Скорее всего, это один из пленников – рабочий с завода. Ему специально велели бежать по пустоши, чтобы показать остальным, какие будут последствия… Все, Юля, забудь о нем. Пошли дальше. Видишь нить?
– Вполне отчетливо.
Тренированная воля следопыта помогла Юрун быстро выкинуть каменного пленника из головы и целиком сосредоточиться на маршруте.
А вот Механика заколбасило не по-детски. Внешне он оставался невозмутимым и спокойным, но чудовищные воспоминания накрыли его со страшной силой. И невольно передались мне. Опять включились мои экстрасенсорные способности. Откуда-то из глубин подсознания начали подниматься яркие образы, сами собой складываясь в целостную картинку…
…Ведро холодной воды выдернуло Игната Панина из блаженного забытья. И тут же в истерзанное тело вернулась боль.
– Очнулся, – сообщил Айболиту один из скороходов. – Ну, что? Будем продолжать?
Тот не ответил. Подошел к подвешенному на дыбе строптивому рабу и посмотрел ему в лицо.
– Игнатушка, родной, – задушевным тоном произнес Айболит. – Ты у нас всего неделю, а я уже… впрочем, неважно сколько. Долго. Очень долго. И за это время повидал немало таких, как ты. Зубастых, непокорных, гордых. Инженеры, кандидаты наук. Был даже один член-корреспондент РАН. Ты помнишь того члена, Троян?
– А как же, – ухмыльнулся
скороход. – Башковитый был мужик. Только слишком быстро спятил от своей учености.
– Ну, спятил-то он не от учености, а когда висел на дыбе и давился собственным… хм… причиндалом. Кстати, давно хотел спросить тебя, Троян. Зачем ты оттяпал у товарища ученого его мужское достоинство и запихал ему же в рот?
– А что такого? Весело же, когда член-корреспондент жует свой член. Ты тогда тоже смеялся.
– Не преувеличивай. Так, улыбнулся пару раз… – Айболит вновь уставился на раба. – Троян у нас вообще весельчак. Пошутить любит. Кстати, чтоб ты знал, Троян – командир гарнизона нашей базы. Главный вояка, так сказать. Советую с ним дружить, Игнатушка, и