Девять граммов на удачу стр. 82
хмуро пробормотал Потап.
Он выглядел озабоченным, и я прекрасно понимал почему. Черти это были или не черти, но иметь в ближайшем тылу незнакомую боевую группу аж из тринадцати человек – не самое большое удовольствие.
– Давай так, Серый, остальным о чертях пока ни слова, – решил Потап. – Надо предупредить Юрун, чтобы тоже молчала.
– Прямо сейчас и скажу.
Я направился к Юле, но по дороге меня перехватил Глеб:
– Бедуин, на два слова.
Мне сразу стало понятно, о чем пойдет речь. Тема не вызвала у меня воодушевления – говорю же, терпеть не могу выяснять отношения. Но Юля относится к Глебу как к брату, поэтому
придется с ним считаться.
Мы отошли подальше от костерка.
– Бедуин, я тебя уважаю, – начал Глеб.
Плохое начало…
А Шебай продолжал:
– Оставил бы ты девчонку в покое. Мы с ней знакомы уже три года, но я ни разу не видел ее такой…
– Какой?
Глеб помялся, подыскивая слова:
– Не знаю, как сказать… Словно ей море по колено и плевать на весь мир. У нее совсем башню сорвало, раз она не побоялась открыться перед всеми. И это из-за тебя. Небось напридумывала себе всякого, дурочка… Короче, Бедуин, не морочь ты Юльке голову, как друга тебя прошу!
Я молчал и смотрел в сторону.
А Глеб не унимался:
– Наверняка у вас с ней уже что-то было… Ведь было?
Я неопределенно повел плечами.
– Ну вот. Значит, ты уже побаловался с ней. Может, хватит? Она же мутант. Ты не можешь относиться к ней всерьез!
Это он зря сказал…
– А ты? – Я в упор посмотрел на Глеба.
– Что я? – опешил он.
– Ты как к ней относишься? Всерьез? Или она для тебя нечто вроде живого компаса? Ведь ты используешь ее. Делаешь вид, что она тебе как сестра, а на самом деле…
Я вдруг отчетливо понял, как Глеб относится к Юле на самом деле…
Оказывается, Шебай не был исключением из общего правила. Он, как и большинство людей, терпеть не мог мутантов. Для него Юрун была существом второго сорта, вроде двухголовых оленей-рогачей. Полезная в хозяйстве скотина. Очень полезная. Именно поэтому Глеб и затеял этот разговор. Он волновался не о Юльке, а о себе. Без нее как следопыт он полный ноль. И если Юлька уйдет ко мне, Шебай очень быстро потеряет и репутацию, и выгодную работу…
Мой взгляд по-прежнему вонзался в переносицу Глебу. Но теперь в моих глазах застыла холодная, лютая беспощадность. «Взгляд хуги, – как однажды выразился Потап. – Когда ты так смотришь, Серега, даже у меня мурашки по коже. Хочется пойти и самому застрелиться, лишь бы не видеть твоих глаз…»
Глеб побледнел и попытался отшатнуться.
– Стоять, – не повышая голоса, приказал я.
Шебай замер. На его лбу заблестели мелкие бисеринки пота.
– Вмазать бы тебе хорошенько, да неохота о такую мразь руки марать. – Я брезгливо поморщился. – К тому же Юрун расстроится, она ведь искренне считает тебя братом. Мы поступим так. Сейчас возвращаемся к костру и делаем вид, что ничего не произошло. До конца маршрута ты по-прежнему следопыт номер один. А потом… Чтобы я тебя возле Юрун больше не видел. Придумай причину, почему вы больше не можете работать с ней вместе. Да поубедительней что-нибудь соври. И