Девять карет ожидают тебя стр. 112
Крайне странный и бесполезный поступок.
Он взял у меня стакан, сел рядом на диван.
— Все, что мы сегодня делали было не слишком полезно, разве не так?
Конечно, это ничего для него не значило, я заставила себя спросить:
— Они его… Они его уже утащили?
— Нет еще.
— Вильям… Я должна… его видеть. На секундочку. Должна.
— Но дорогая Линда…
— Когда он отправится?
— Не представляю, полиция еще занята. Скорая помощь ждет.
Я дернулась.
— Скорая помощь? С ним что-то случилось?
Я села и схватила Вильяма за руку, снова вокруг засверкал сияющий туман.
— Но Линда. Ты не понимаешь? Я думал ты знаешь. Он умер. — Должно быть, я чуть не оторвала ему рукав. Вильям осторожно положил ладонь на мою руку. — Он застрелился незадолго до того, как Рауль, ты и я сюда добрались.
— Ой, Леон. Леон застрелился. Скорая помощь для Леона.
— Почему? А для кого же еще?
Я глупо хихикнула.
— Действительно для кого?
И залилась слезами.
Плохо пришлось Вильяму. Для скромного английского любителя он держался очень хорошо. Он отыскал еще этого странного напитка, еще погладил меня по руке и обнял меня огромной лапой.
— Я думал, ты все поняла. Что это просто шок от вида, э, месье Леона, и поэтому… Парень один, дворецкий, все рассказал, когда принес выпить. Я думал, ты слышала, не представлял, что ты совсем отрубилась.
— А я и нет. Я слышала разговоры, но не понимала, как во сне.
— Бедный ребенок. Теперь лучше?
— Ну расскажи. Что сказал Седдон?
— Так его зовут? Слава богу, он англичанин. Ну он сказал, что зашел в библиотеку насчет камина вскоре после одиннадцати и нашел его мертвого на полу, как ты его и видела. Никто выстрела не слышал. Он вызвал полицию и врача, а потом позвонил на виллу Мирей, но никто не подошел.
— Это, наверное, до того, как мы с Филиппом вошли в дом.
— Да? Они потом еще пробовали два раза. Думаю, первый раз, когда вы мне звонили, а потом подошел месье Ипполит. Это, наверное, когда мы уже уехали. Ипполит едет сюда и скоро будет.
— Если умеет водить джип.
— Убийство! Совершенно про это не подумал.
— А они уверены, что это самоубийство?
— Да. Пистолет был в руке и он оставил письмо.
— Письмо?
— Да. Оно у полицейских. Седдон его не читал, но по тому, о чем его спрашивали, он сообразил, что там написано. Признавались две первые попытки убить Филиппа, включен Бернар и больше никто. Утверждается категорически, что ни Рауль, ни мадам де Валми ничего не знали. Ничего не написано про последнюю попытку с ядом. Думаю потому, что нельзя было бы промолчать о жене. Сказано, что Бернар, очевидно, проболтался о двух первых попытках, вы вжали в панику и убежали вместе с Филиппом. Думаю, это все. Не о чем беспокоиться.
— Нет. Я, конечно, ничего добровольно не добавлю, если они не спросят. Как-то не хочу усугублять положение мадам де Валми, что бы она ни сделала. Умер он. И ей придется с этим жить дальше. Как-то мне кажется, что она теперь погаснет, как свеча, как луна, если солнце исчезнет. Очень похоже на Леона ничего не сказать о ней и втянуть в это Бернара… Хотя, наверное, невозможно скрыть его роль.