Девять карет ожидают тебя стр. 28
— Хорошо, что вы ждали. Я сказал, что вы уйдете гулять, но вы — вот.
— Да, вот и я. Ты рано закончил, да? Кюре устал от тебя?
— Не знаю слова «устал».
— Ennuye.
— Нет. Он плохо себя чувствует. Устал, но не от меня.
— Печально это слышать. Филипп, это месье Блейк, он работает у месье де Сен-Вира. Comte de Valmi.
Они пожали друг другу руки, серьезность Филиппу шла.
— Над чем работаете, месье?
— Я — лесник.
— В Валми тоже есть лесники.
— Знаю, встречал их. Пьер Детрюш, Жан-Луи Мишо и Арман Лесток, который живет около «Смелого Петуха».
— Я их пока еще не знаю. Я здесь недавно, vous comprenez.
— Да, насколько я знаю, ваш дядя управляет этими вещами.
— Да, — сказал Филипп вежливо, — он мой опекун.
Он взглянул на меня триумфально от того, что вспомнил слово, но это придало ответу оттенок, который развеселил мистера Блейка.
Я торопливо заявила:
— Нам пора. Спасибо за кофе, мистер Блейк, очень рада, что мы встретились.
Я протянула руку. Англичанин взял ее и сказал:
— Пожалуйста, не исчезайте. Когда мы можем встретиться опять?
— Не такой уж я и вольный индивид. Иногда у меня свободно утро, но я так далеко не хожу.
— А вечером?
— Да нет. Иногда по пятницам или воскресеньям.
— Тогда ничего не выходит. — Он выглядел разочарованным. — На этом уикенде я договорился встретиться с приятелями. Может потом?
Филипп тихонько потянул меня за руку.
— Мне правда пора. Давайте не будем забивать себе голову? Наверняка встретимся, долина не такая уж и большая. И спасибо еще раз…
На мосту я обернулась и увидела, как он с деловым видом собирает бинты, пластырь и прочие средства, которые должны сделать приятной жизнь на высоте четырех тысяч футов. Я понадеялась, что он не забудет купить коньяк.
6
Вечером привычный покой нашего существования нарушился. Попили чаю, легкие апрельские сумерки заглядывали в незанавешенное окно на жизнерадостный свет лампы и камина. Филипп играл в солдатиков на ковре, а я, как часто у нас происходило, читала вслух. Вдруг я услышала, что вверх по зигзагу едет машина. Было тепло, и длинные двери на балкон стояли открытыми. Мотор ревел все ближе, менял тон. Я остановилась и посмотрела в сторону окна. Филипп тоже.
— Une autol Quelqu'un vient!
— На английском, — сказала я автоматически, — Филипп, что ты делаешь?
Он не обращал внимания. Вскочил с ковра, разбрасывая игрушки. Вылетел в окно, как ракета, и бросился направо по балкону. Я уронила книгу и поспешила за ним. Он добежал до конца балкона, который нависал над посыпанной гравием площадкой, и наклонился через перила, пылко и неосторожно. Я подавила порыв схватить его за штаны и сказала, как можно мягче:
— Упадешь, если будешь так висеть… Смотри, эта штука совсем расшаталась, вон камень подвинулся, я же вижу. Наверно это как раз они собираются чинить, они говорили… Филипп… — Но он не слушал, а все наклонялся через каменный карниз. Я сказала уже твердо. — Филипп, вернись. Что ты так возбудился?
Автомобиль проехал последний поворот и остановился, заскрипев шинами по гравию. Свет фар ворвался в розовый сад, осветил острые прутья решетки прямо под балконом, аккуратные горшки с цветами, скользнул по арке скотного двора и погас. Я услышала мужской голос, низкий