Девять подвигов Сена Аесли. Подвиги 1–4 стр. 221
ее подсказками вообще не пользовалась. Мергиона Пейджер веселилась вовсю. Сначала в динамике ничего не было слышно, потом раздался какой-то топот, звон и ах. Затем наступила короткая пауза, прерванная голосом злой председательницы:
– Недурно. А теперь все то же самое, но при помощи магии.
– Как угодно! – отозвалась Мергиона, после чего звон, ах и топот продолжались без перерыва уже пятнадцать минут. И без всяких вопросов со стороны комиссии.
Пулен почувствовала себя обманутой. Она не понимала, зачем торчит в пустой комнате.
– А если сейчас меня вызовут? – вдруг испугалась она. – Вот Пейджер вызвали не по алфавиту! А я же по алфавиту сразу за ней!
Эта мысль привела бедняжку в ужас. Она бросилась в коридор, потом вернулась, заперла комнату, замуровала дверь своим любимым охранным заклинанием и помчалась к Большой аудитории.
Мергиона уже стояла в толпе однокурсников, тяжело дыша, но счастливая до невозможности.
– Я сначала пробежалась по их столу, потом по потолку, потом подпрыгнула и зависла в воздухе, потом проделала еще пару штучек, а эта мне и говорит: «А теперь покажите то же самое, но с магией!» Ну, я показала! У нее челюсть вывалилась!
И Пейджер с удовольствием показала, что именно она показала – а зрители показали, что и у них челюсти не железные.
– А кто сейчас сдает? – спросила Амели однокурсников. – Кого вызвали? Как никого? Как закончился? А зачем я учила? Я же все выучила!
Девочке стало так обидно, что она чуть не заплакала.
– Закончился-закончился! – загалдели вокруг. – Эта тетка дождалась, пока Мерги накувыркается, потом вдруг разулыбалась и говорит: «Перцы! Все путем, пошла я отсюда». И улетучилась!
Порри и Сен стояли рядом, как два брата, с одинаковым выражением лица. Наконец, Гаттер сурово подергал зависшую вверх ногами Мергиону и сказал:
– А вдруг она вернется? Мерги! Ты-то сдала, а я…
– Обожди, Поррик, – взмолилась возрожденная колдунья и превратила ближайшие рыцарские латы во что-то непередаваемо красивое и пушистое.
– Да, Мерги, заканчивай, – поддержал друга Сен. – Амели, а ты чего такая кислая?
– Амели?! – развернулся Порри. Взгляд его остекленел. – Сен здесь… Мерги… Амели… А кто в комнате остался?!
Забыв, что он уже не колдун, Гаттер завопил: «Прыг-и-скок!», прыгнул в стену и грохнулся на пол. На его лбу начала вызревать огромная шишка.
– Труба! – простонал он. – Где Труба?…
Сен не понял, как это вышло, но до комнаты, в которой они занимались магиеобменом, он добрался быстрее не только Филимона, но и тренированно-волшебной Мергионы.
На двери, под аккуратными округлыми буквами охранного заклинания Амели «Не входите сюда, силь ву пле!» красовалась четкая каллиграфическая дописка:
mersi
Дверь скрипнула, и в щель высунулся грустный Смайлик.
3 минуты после экзаменаГлавный артефакт магического мира Две Чаши, он же волшебный верблюд Рыжик, подошел к перекрестку Семи Коридоров и принюхался. Совсем недавно, не больше суток назад, отсюда применили мощное заклинание большого радиуса действия Намекамус-всем. Заклинание приводило к появлению одной и той же идеи в головах людей, расположенных в радиусе ста метров от эпицентра.
На свеженасыпанном желтом песочке виднелись отпечатки больших и тяжелых ног. Они начинались от постамента Каменного Философа и