Девять подвигов Сена Аесли. Подвиги 1–4 стр. 238
уже в третий раз повторяет:
– Это очень интересно, я рассмотрю ваше предложение в ближайшее время.
– Да что ж это такое?! – сердито возражал собеседник. – Какое еще ближайшее? Всего делов-то: бумажку подмахнуть!
– Это очень интересно, – в четвертый раз завело свою шарманку тело, но тут Югорус собрался с духом и выключил автоответчик.
И очень вовремя. Собеседником его оказался майор Клинч в состоянии, близком к боевому. Он вообще стал каким-то нервным после истории с Открытым уроком, и поэтому Лужж успокаивающе забормотал:
– Все нормально, это я так, задумался. Так в чем дело?
– Так я и говорю! Давайте я Дубля к себе учеником возьму. Он парень башковитый, руки на месте, работу любит. И она его. Любовь у них.
Ректор прикинул по памяти башковитость Дуба, потрогал пальцем свой аристократический тонкий череп и согласился:
– Это очень интересно… Спокойнее, Мистер, я в том смысле, что да. Я согласен. Что там подписать?
После ухода Клинча Лужж задумался, а не пристроить ли ему таким образом и Сена с Мергионой. «А что? Сена взять помощником библиотекаря, Мергиону – санитаркой к мадам Камфри. Очень даже неплохо… Какой кошмар!»
От кошмара ректора отвлек учтивый, но суровый стук в дверь. Не успел Югорус ответить, как дверь распахнулась, открытая мускулистой Черной Рукой, за которой показался и ее хозяин Уинстон Мордевольт.
– Надо вот что, – начал он, пропустив приветствие, ответное приветствие, вопросы о здоровье, погоде и видах на урожай, – надо еще более улучшить систему подсчета баллов сюрсов. Необходимо учитывать следующие параметры…
– Уинстон, – вздохнул Лужж, – а вы не могли сразу все предусмотреть? У вас каждый день какие-то новые идеи!
– Это не мои идеи. Это идеи Сена Аесли. Вчера вечером он предложил ряд существенных улучшений системы подсчета. Я не смог ему отказать, значит, теперь не сможете мне отказать вы. Теперь в сюрсов будут учитываться такие факторы, как…
– Ладно-ладно, – замахал руками ректор, – я уже согласен. Кстати, о Сене. И о Мергионе. Нет ли у вас каких-нибудь идей по их поводу? Очень не хочется их отчислять.
Мордевольт поскреб тщательно выбритый подбородок. «Если я сейчас заговорю об… этой штуке, – безнадежно подумал Югорус, – обязательно кто-нибудь ввалится и перебьет на полуслове. Может, Уинстон сам поймет, что Тру…»
– Нет, – решительно сказал Уинстон, – я думаю, вмешиваться не стоит. Эти дети сами что-нибудь придумают. Или не придумают, а сразу сделают. Значит я могу внести изменения в систему подсчета баллов? Тогда вы должны подписать мою докладную записку!
– Это очень интересно, – ответил Лужж, – я рассмотрю ваше предложение… И отдам этот чертов автоответчик в починку! Давайте сюда, подпишу. Отдадите секретарше, пусть она проставит входящий, исходящий и все такое прочее.
«Кстати! – вспомнил ректор. – У меня же есть секретарша! Почему она впускает ко мне всех подряд? Надо сделать ей замечание. Если бы Софья исполняла свои обязанности как положено, я смог бы спокойно поговорить с Мордевольтом».
Отдавая подписанный лист Уинстону, Югорус все-таки не выдержал и сказал:
– Мне кажется, даже эти дети не обойдутся без применения вашей Тру…
В дверь просунулась мордашка личного секретаря ректора