Девять принцев в Янтаре стр. 59
— Я тоже так думаю, — согласился я. — Иначе я бы не попал тебе в руки.
Блейс улыбнулся из-под бороды.
— Тебе сгодился бы кто угодно, — сказал он, — а я был наименьшим злом.
— Верно, — согласился я.
— Как бы я хотел, чтоб здесь был Бенедикт. И чтобы Джерард не продался этому…
— Желания, желания, — сказал я ему. — Желание в одной руке, дело в другой, сожми их вместе и посмотри, правильно ли получилось.
— Хорошо сказано.
Некоторое время мы курили в молчании.
— Насколько я могу доверять тебе? — спросил он.
— Настолько же, насколько я могу доверять тебе.
— Тогда давай заключим сделку. Честно говоря, я уже много лет считал тебя мертвым. Я не мог предвидеть, что ты появишься в самый тяжелый момент и сделаешь свою заявку. Но ты здесь, и все. Будем союзниками — объединим силы и осадим Янтарь. Тот, кто выживет, поднимется на самый верх. Если выживем оба — какого черта, в конце концов, — мы всегда можем подраться на дуэли!
Я обдумал это. Это звучало как самая хорошая сделка, которую мне когда-либо предлагали.
Поэтому я ответил:
— Мне хочется переспать с этим. Отвечу завтра утром. Годится?
— Годится.
Мы допили виски и ударились в воспоминания. Мое плечо немного гудело, но виски помогло, легче было и от мази, которую наложил на рану Блейс. Немного погодя мы совсем размякли.
Странно, мне кажется, иметь родных и обходиться без всяких родственных чувств, лишь потому что жизнь предопределила каждому из нас свой путь. Боги! Мы говорили, и луна покинула небеса прежде, чем кто-нибудь из нас устал. Тогда он хлопнул меня по здоровому плечу и сказал, что осоловел и что слуга подаст мне завтрак в постель. Я кивнул, мы обнялись, и Блейс ушел к себе.
Затем я подошел к окну, и с той огромной высоты, на которой находился, посмотрел в пропасть.
Костры лагеря, расположенного внизу, горели как звезды. Их были тысячи. Я видел, что Блейс собрал могучую силу, и я позавидовал ему. С другой стороны, это — хорошо. Если кто-нибудь и мог победить Эрика, то, скорее всего, это был Блейс. Да и не был бы он совсем уж плохим монархом в Янтаре, просто я предпочитал себя.
Я продолжал стоять у окна и смотреть вниз, и увидел, что меж кострами движутся странные тени. Тогда я задумался, что же это за армия.
Какой бы она ни была, у меня не было и этого.
Я вернулся к столу и налил себе последнюю рюмку.
Однако прежде чем выпить, я зажег светильник. При его свете я вытащил колоду украденных карт.
Я
разложил их перед собой и остановился на той, где был изображен Эрик. Я положил ее в центр стола и убрал остальную колоду в пачку.
Через некоторое время картинка ожила, и я увидел Эрика в ночных одеяниях и услышал слова:
— Кто?
Рука его была перевязана.
— Я, — ответил я. — Кэвин. Как поживаешь?
Тогда он выругался, а я засмеялся. Это была опасная игра и, может быть, виски способствовало ей, но я продолжил:
— Мне захотелось сказать, что у меня все в порядке. Хотелось также уведомить тебя, что ты был прав, когда говорил о неудобстве сна на голове. Хотя тебе твою голову долго не носить.