Девушка с проблемами стр. 117
на квартире Корнеева никого не было, но узнали, что он купил другую квартиру в центре и там сейчас идет ремонт. Проверили и нашли неуловимую парочку.
Мужик не нужен, но посмотреть на него интересно, а с мадам Романовой он через несколько часов улетит.
Месяца через три-четыре он станет еще богаче и свободен ото всех и от всего!
Он просматривал бумаги – что оставить, что уничтожить, складывал в небольшой ящик всякие любимые привычные безделушки – сюда он уже не вернется.
Кто-то вошел в кабинет.
– Я сказал, не тревожить! – отчитал он.
И повернулся.
На пороге стояли двое незнакомых мужчин.
Подкосились колени, он
тяжело опустился в кресло. Из ослабевшей руки выпала пачка еще не просмотренных документов и разлетелась листами по полу.
Михаил Львович с трудом поднял руку, прикрыл ладонью глаза.
И заплакал.Саша проснулась с ощущением неуютности. Открыла глаза и сразу поняла причину этого ощущения – больничный запах, белая палата.
«Что случилось?! Папе стало хуже, и я осталась ночевать в больнице?»
Она резко села на кровати, голова закружилась.
Возле койки, на которой она находилась, на стуле спал Иван Федорович Гуров, вытянув вперед ноги и сложив руки на груди.
Сашка сразу все вспомнила. Это не папе стало хуже – папы уже нет.
Хуже, по всей видимости, сейчас ей.
Заныло левое предплечье, она посмотрела на руку и обнаружила белую повязку.
Так! Что происходит?
– Гуров!
– Что? – сразу проснулся он, сел ровно и потер лицо руками. – Заснул. Рука болит?
– А что, должна? – поинтересовалась Сашка.
– Не знаю. Вроде бы нет, тебе сделали обезболивающие уколы и успокоительные тоже.
– Что это значит? – спросила она тоном училки, обращающейся к хулиганистому ученику, указав на повязку.
– А ты не помнишь?
– А я бы спрашивала?
Он усмехнулся: бойцовский дух – это вам не фунт изюму, это, знаете ли, характер! У госпожи Романовой с непримиримыми бойцовскими качествами, пожалуй, даже перебор малехо!
– Тебя ранили в левую руку, с внешней стороны. Ничего серьезного и смертельного – пуля прошла навылет, не задев кость и артерию, только пробила мышцу.
– И каким образом эта пуля в меня попала? – тем же строгим тоном поинтересовалась Александра.
– Я в тебя выстрелил, – сообщил без тени раскаяния в голосе Гуров.
– Ты?
– Я.
– Поня-ятно. А Юрий Николаевич?
– Пройдя через твою руку, пуля попала ему в сердце.
– Он умер?
– Да.
– Ты промахнулся? Случайно попал в мою руку?
– Нет, не промахнулся, Саш, я хорошо стреляю.
– Ты что, снайпер? Спецназовец какой? – бушевала Сашка.
– Нет.
– Что «нет»? – притормозила она.
– Все нет! Все, что ты уже сказала и еще собираешься сказать. Я не спецназовец, и целился я именно в твою руку, потому что стрелять следовало наверняка, голову он грамотно прятал за тобой и закрывался тобой правильно. Это был единственный выход, – немного начиная заводиться, повысил голос Иван.
– Гуров, ты кто?
– Я служу в финансовой разведке.
– О как! – преувеличенно подивилась Сашка. – Если я правильно понимаю, такой вид деятельности подразумевает кабинетную работу с бумагами и компьютером, а никак не боевые действия с освобождением заложника, стрельбами и драками в стиле Джеймса Бонда?
– Правильно понимаешь, – усмехнулся Иван, – именно кабинетной работой я и занимаюсь, просто так получилось, что я оказался рядом с тобой.
– Случайно? – саркастически спросила она.
– Почти.