Девушки после пятидесяти стр. 40
железный занавес не опустился снова. Но родственники у Элины были настолько по советским меркам зажиточные, что долларов у той накопилось, как у дурака фантиков. Кроме того супруг Элины Гусик эти доллары тоже нес жене в солидных количествах, ведь он удачно пристроился к новоиспеченной валютной бирже. И чего теперь удивляться, что Элина тогда примчалась к Ольге с горящими глазами и велела срочно открывать свой собственный салон.
– Ох, если бы у меня была какая-нибудь такая же ручная умелость, как у тебя! Но я ничего же не умею! Ни шить, ни стричь, ни готовить. Зато у меня есть деньги. Вот! – Она потрясла перед
носом обалдевшей Ольги пачкой долларов. – Бери!
– Ты с ума сошла! – Ольга поджала губы и отодвинула руку Элины.
– Почему?
– Потому что! Кроме ручной умелости нужны еще мозговые способности. У меня их нет. Нашу парикмахерскую сейчас приватизируют, я вложу свой ваучер и буду спокойно заниматься любимым делом. А доллары твои не ровен час запретят.
– Дура какая! – Элина взмахнула долларами.
– Я дура? Дура ты! Пихаешь мне деньги, которые я никогда в жизни не смогу тебе отдать.
– Я тебя сейчас стукну, – Элина затопала ногами. – А если я куплю парикмахерскую? Себе? Ты будешь там работать? Как ты говоришь, заниматься любимым делом? Стричь и все такое прочее?
– Ну, не знаю, – Ольга пожала плечами.
– Чего ты не знаешь? Почему ты не знаешь?
– Неожиданно как-то.
– А! Я забыла! Ты ж привыкла по плану! Пятилетнему. – Элина подпрыгнула на месте. – Я всегда думала, что дура у нас Вероничка. Нет! Тысячу раз нет! Вероничка уже год, как в частной компании пашет и на вас дураков, ждущих милости от приватизаторов, поплевывает с высокой колокольни. Зарплата, знаешь, у нее какая? И безо всяких сраных ваучеров!
– Хорошо. Чего ты от меня хочешь? – Ольга понимала, что в словах Элины есть резон, и не просто резон, а какая-то глубинная правда, но ей было страшно. Просто катастрофически страшно, до обмирания. Она долгие годы проработала в престижной парикмахерской на Литейном. За самим Фарбером подглядывала, как и что он делает для своих клиенток за бешеные деньги. Разумеется, подрабатывала налево, у себя дома. Но вот чтобы так, бросить все! А вдруг отменят капитализм этот? Что тогда? Элине-то хорошо. У нее муж и всё такое, а Ольга одна ребенка тянет. Вероничка тоже не пропадет, она инженер, образование высшее имеет.
– Я куплю салон. Отремонтирую, ты скажешь, что необходимо из оборудования. Будешь там работать, поможешь мне нанять персонал. Подружки-то есть у тебя, которые стригут и всё такое?
– Ну, есть.
– Работать на себя, Оленька, и работать на тетю-мотю – это две совершенно разные вещи. Я, по-первости, раз ты у нас такая пугливая лань, побуду тетей-мотей. Ты ж без нее не можешь, а там поглядим!
Как же Ольга была потом да и по сей день благодарна Элине. Ведь можно сказать, за уши вытащила её из совкового болота в буржуйскую жизнь. И неважно, что в буржуйской жизни Ольге пришлось работать гораздо больше, изучать законы, приспосабливаться к новой действительности, всячески развивать собственные мозговые способности, зато и Светке смогла высшее образование дать, и квартиру купить, и машину. Разве могла она о таком мечтать в той самой престижной парикмахерской