Девушки после пятидесяти стр. 90
подпрыгнула на стуле и тут же почувствовала, как Лёнчик пнул её ногой под столом.
– Нет! Меня прямо бесят все эти, так называемые, натуралки! – возмутилась Виолетта. – Ходят с волосатыми ногами и небритыми подмышками! Это ж до какой степени надо быть ленивой?
– Ну, это крайности какие-то! Я о натуральной красоте говорю, о естественном старении, – продолжила гнуть свою линию Марго.
– Ну, вы же маникюр и педикюр делаете, седину закрашиваете, губы, в конце концов, себе, вон, рисуете, – встряла Ольга. Чего-чего, а губы у Марго и правда всем на зависть. Издалека видать! Если б не усы эти…
– Да! – согласилась Виолетта. – А чем уколы ботокса или косметическая операция от маникюра твоего отличаются?
– Сравнили тоже! Я себе не позволю в лицо иголкой тыкать. – Марго живо изобразила эту процедуру, использовав вилку.
Ольга сразу подумала, что Марго было бы гораздо полезнее всё-таки втыкать вилку совсем в другое место.
– Ну, и дура! – сказала Виолетта, видимо её отношения с Марго позволяли такую вольность. – Ты конечно женщина сказочной красоты, никто с этим не спорит, но возраст, знаешь ли, берет своё.
Ольга с трудом удержалась, чтобы не расхохотаться. Ей сразу вспомнился бразильский сериал с названием «Богатые тоже плачут». Именно так, и горе это совсем не от ума.
– Знаешь, что я тебе скажу, – Марго насупилась. – Мы все умрем. И ты тоже.
– Непременно! – согласилась Виолетта. – Но я проживу оставшиеся годы молодой и красивой. И все будут говорить: «Надо же! Какая молодая и вдруг померла.»
– В любом возрасте есть хорошее, – многозначительно сообщила Марина.
«Ну, тебе ли об этом не знать», – подумала Ольга.
– За это непременно следует выпить, – предложил Лёнчик.
Выпили, и, наконец, приступили к изысканному салату. После молниеносного его поглощения всеми без исключения гостями в ожидании перемены блюд Марго продолжила светскую беседу.
– Вот ты говоришь, что плохо знаешь английский, – сказала она, обращаясь к Виолетте.
– Почему плохо? У меня пятерка была и в школе и в институте.
Я писать могу письма, сама вопрос задать могу, только не понимаю, что они мне отвечают!
– Я не об этом. – Марго махнула рукой. – Я теперь знаю, почему вся наша русская аристократия разговаривала по-французски. Они не хотели, чтобы прислуга понимала, о чем они говорят.
– Может быть, из-за этого непонимания их потом и подняли на вилы? Типа, чужие? – не удержалась Ольга.
– Не говорите глупости! – фыркнула Марго. – Я слышала, в Москве многие нанимают из-за этого тайскую прислугу.
– А тайцы не понимают по-французски? – опять не удержалась Ольга.
– Мама! – Теперь уже Светка пнула мать ногой под столом.
«Надо было садиться между Максом и Виолеттой», – подумала Ольга, спрятав ноги под стул.
– Можно подумать, ты за столом обсуждаешь подробности военного переворота? – справедливо заметила Виолетта.
– Вот именно! – согласилась Ольга.
– Боже упаси! – Марго перекрестилась. – Но какие-то финансовые вопросы, отношения в семье….Зачем прислуге об этом знать?
– Думаете, они непременно будут делать ставки, подеретесь вы после ужина или нет? – поинтересовалась Ольга.
– Вот именно! – согласилась Виолетта.
Далее ужин продолжился без эксцессов, так как от поданной великолепной еды просто невозможно было оторваться на пустые разговоры.
– Да, Марго! Повар у тебя просто волшебный, – похвалила Виолетта. – Не придерешься.
За десертом Ольга слегка задумалась. Вот раньше, если про женщину говорили, что она вкусно готовит, прекрасно воспитывает детей,