Диалектика. Ключ к истине стр. 3
.
Нет, не пять.
И даже не семь.
Порядка трехсот тысяч… Это знание, а у меня мнение есть. А мнение у меня, что пять. И я на нем твердо могу стоять. И оно у меня особое. Сейчас всеобщее знание не волнует некоторых людей, а волнует, видите ли, особое мнение. Причем особое мнение тех людей, которые выступают учителями, видите ли, в общественном мнении. Дескать, вот особо особое мнение, давайте его послушаем. А знание вы не хотите послушать, которое есть у людей знания? Люди знания не в почете. Люди знания, да что они могут сказать, они же только знают. А вот у нас мнение особое. Но ведь человек, который имеет только мнение, про него Гегель говорил так: «Этот человек снижает знание до мнения». А мы должны возвышать мнение до знания. Вот если я смогу возвысить свое мнение до знания, то тогда я освобожусь от субъективизма своего мнения. И тогда это будет не просто знание и не просто мнение, оно мнением-то останется, но если оно еще и совпадает со знанием, то это тогда не просто мнение, а убеждение. Вот убеждение – это лучше, чем мнение, правда? А если у меня только мнение, то грош цена ему, этому мнению.
При этом надо иметь в виду, что Гегель, конечно, не ограничился тем, что я сейчас сказал. Он начал разбирать такие вопросы, как, вот, вопрос первый – правильность. Ведь то, что у нас в жизни много хорошего, это же правильно?
Да.
Правильно. А то, что в нашей жизни очень много плохого, и даже очень много, это же правильно? Правильно. Ну, а правильно будет, если я буду заниматься только одним – рассказывать, какая у нас кругом дрянь да грязь? Правильно. А если со мной кто-то будет спорить, у нас есть еще одна категория в запасе – достоверность. Мы создадим комиссию, включим вами уважаемых людей и пойдем проверять. И все, что я рассказал про какую-нибудь грязь, которая есть в России, подтвердится. У нас очень много дряни. И вверху, и внизу. Хотя некоторые говорят, что элита почему-то вверху. Но всегда считалось, что наверх всплывает не обязательно самое хорошее. Элита – это же, как элитное зерно, лучшее. А лучшее, может, надо внизу искать. Среди рабочих, среди ученых, среди учителей, среди простых трудящихся. Ну, наверху, наверное, тоже есть какие-то элитные зерна, отдельные зерна. Но это вовсе не значит, что если у меня большая должность, если я профессор, то само собой, все, что я говорю, – правильно. Я думаю, это немножко разные вещи.
Одно дело звание, а другое дело знание. Мы же различаем звание и знание?
В общем, да.
Вот, давайте будем различать. Так вот, достоверность означает, что мы проверили. То, что мы проверили, вот это достоверно уже. А истина ли это, не знаю. Потому что истина на самом деле не может быть односторонней. Истина – это соответствие понятия объекту. Вот если вам удалось так рассказать об объекте, что это соответствует ему, то это истина. Но если полученная картина непротиворечива, а формально логическая истина никогда не будет противоречивой, тогда она точно не истинна.
Например.
Например? Ну, возьмите любую истину. Вот, скажем, у подлеца