Диана. Обреченная принцесса стр. 23
Когда вещи были сложены, Чарльз, хватая один мешок за другим, вышвырнул их с лестницы вниз.
Судьба порой плетет удивительные узоры, и отношения между Дианой и Рейн не станут исключением. Незадолго до трагической гибели принцесса проникнется к своей мачехе симпатией и даже найдет с ней общий язык. Но и это не все. Как оказалось, вторая супруга графа Спенсера была… дочерью любимой романистки Дианы Барбары Картленд.
Однако, быть может, это уже и не столь важно. Впереди Диану ждали встречи с не менее сложными людьми. Сможет ли она найти к ним подход? Но не будем забегать вперед и постараемся рассказать обо всем по порядку.
Несвоевременное рождениеВ тот субботний день, 1 июля 1961 года, погода в графстве Норфолк на восточном побережье Туманного Альбиона выдалась на удивление приятной. Освежающий бриз с Северного моря, ясное небо и теплые солнечные лучи прекрасно подходили для принятия воздушных ванн. Большинство местных жителей этим и занялись. Кто-то увлекся спортивными играми, кто-то расположился на пикники. Были и те, кто просто гулял по желтым песчаным пляжам и большому сосновому бору. Исключение составили лишь обитатели Парк-хауса, трехэтажного особняка из серого кирпича, расположенного на территории королевского поместья Сандрингем. Вместо того чтобы предаться пасторальной идиллии, они собрались в эркерообразной спальне хозяина дома — Эдварда
Джона, виконта Элторпа, сына седьмого графа Спенсера — в ожидании чего-то чрезвычайно важного.
За двадцать пять лет до означенных событий — 20 января 1936 года — в этой же комнате родилась супруга виконта, миссис Фрэнсис. Теперь ей самой предстояло произвести на свет ребенка.
Первый крик новорожденной раздался без четверти восемь вечера. Малютка весила три с половиной килограмма. По словам одной из служащих поместья, «у деточки были очень длинные и красивые ножки, я бы даже сказала, это были самые красивые ножки, что я когда-либо видела у новорожденных».
Пройдет время, и красота этих ножек станет предметом обсуждений для многих мужчин. Сейчас же, в 19 часов 45 минут 1 июля 1961 года, как раз в тот момент, когда Фрэнсис разродилась девочкой, на крикетной площадке, расположенной неподалеку от дома, проходил матч. Один из его участников — по профессии автоинспектор, а по состоянию души спортсмен — удачным ударом клюшки вывел свою команду вперед, вызвав бурю восторга среди зрителей. «Мне показалось это хорошим предзнаменованием — что моя дочка появилась на свет под звуки аплодисментов», — призналась позже Фрэнсис.
Этого ребенка действительно ждали. Едва малютка подала первые признаки жизни, лица присутствующих осветились улыбками, лишь во взгляде виконта Элторпа проскользнуло едва заметное разочарование.
В чем же провинилась малышка, едва успевшая появиться на свет?
Для ответа на этот вопрос оставим ненадолго спальню и обратимся к прошлому. Самое время узнать о судьбах основных участников разворачивающейся драмы — Джонни и Фрэнсис Элторп.
Начнем с последней.
Мать будущей принцессы Уэльской вела свое происхождение от ирландского политика Эдмунда Бурка Роше, избранного в нижнюю палату парламента, палату общин, в середине XIX века.
Политическая карьера Роше сложилась удачно, позволив ему завоевать как любовь масс, так и благосклонность монарха. За выдающиеся заслуги в деле процветания Британской империи королева Виктория пожаловала мистеру Эдмунду Роше титул баронета. Отныне он стал величать себя Первым бароном Фермоем.
Младший сын Эдмунда —