Дьявол в Лиге избранных стр. 133
любой другой, на самом деле) я должна была подумать о последствиях. Но этого не случилось. Я ужасно хотела продолжения.
Сойер пронес меня через несколько комнат, потом по широкой лестнице в верхнюю комнату. Он усадил меня и начал раздевать. Улыбнулся, увидев мое довольно смелое белье. Ничего провокационного, но и не просто бежевые кружева.
– Ты прекрасна, – сказал он. Он был очень близко, за моей спиной, и я чувствовала его дыхание возле моего уха. – Но я знал, что ты окажешься прекрасной.
Я люблю комплименты и наслаждалась моментом. Только после того как он снял с меня белье, повернул к себе и действительно посмотрел на меня, мне стало не по себе.
Он взял меня за руку и увлек в душ.
Это было ужасно неловко, но он, казалось, ничуть не нервничал. Не могу сказать, что это вызвало у меня ревность, но Сойер явно имел большой опыт по части покорения женских сердец.
Он повернул кран и засмеялся моим словам, когда я предположила, что пенная ванна лучше.
Не успела я опомниться, как оказалась под душем, и теплые струи стекали по мне. И художник был рядом. Остается только надеяться, что моя мать никогда не прочтет этих строк.
Кто знает, сколько мы там пробыли, а когда вытерлись, он протянул мне свою рубашку. Я натянула ее и почувствовала себя очень сексуальной. Я в ней почти утонула и вся трепетала, пока он застегивал ее от середины вниз. Закатав рукава мне по локоть, он сказал, что я – само совершенство.
– Но ты об этом и без меня знаешь, – добавил он.
– Только не надо больше оскорблять меня.
– Ни за что.
Он оглядел меня, и у меня по телу побежали мурашки в предвосхищении того, что должно произойти дальше, когда мы наконец доберемся до постели. Но мой художник оказался более чем непредсказуем.
Он вытащил папку для набросков.
Кому-то это могло бы показаться романтичным, но, как выразилась бы Никки, моя киска хотела, чтоб ее потискали.
– Ляг на кровать.
Все было не так, как я ожидала. Пока я колебалась, разочарованная тем, что события развиваются не как в кино, он насмешливо вздохнул, поднял меня на руки (я при этом взвизгнула), а потом опустил на высокий матрас.
Но тем все и кончилось. Сам он за мной не последовал. Не сел рядом. Он надел джинсы (потертые, на металлических пуговицах, верхняя осталась расстегнутой), сел в заваленное хламом кожаное кресло в нескольких футах от кровати и начал рисовать меня.
Смирившись с тем, что секса не будет, я изо всех сил старалась выглядеть божественно. Заодно стала задавать вопросы. Когда я попросила рассказать про «Джек Хилл», он сказал, что первая игра была сделана просто наудачу, и они были удивлены не меньше других, когда все в кампусе потребовали продолжения. На волне успеха они стали разрабатывать новые игры, и все пошло по нарастающей, пока фирма «Микросистемс» не выкупила их. Когда же я поинтересовалась, почему он продолжает жить в южном Уиллоу-Крике, а не купит себе что-нибудь в районе получше, он перестал рисовать, посмотрел на меня, одарив одной из своих неотразимых улыбок, и сказал:
– Это мой дом.
Как ни странно, но я действительно не могла представить себе его где-либо