Библиотека

Дьявол в Лиге избранных стр. 140

Размер шрифта
-
+
Тема

буду вести себя хорошо, – сказал он и обвел глазами галерею. – Твоя подруга зашла сегодня в студию.

– Подруга? Какая?

Он кивком указал в дальний конец зала. Я проследила за его взглядом и была неприятно удивлена.

– Пилар Басс?

– Она самая.

Пилар стояла в окружении других дам из Лиги с высокими хрустальными бокалами шампанского в руках.

Он кивнул:

– Она хотела посмотреть мои работы. Сказала, что она председатель какого-то комитета и хочет, чтобы я принял участие в ее новом проекте.

Я была озадачена. Пилар за моей спиной пыталась провести свой новый проект? Сначала Никки. Теперь это.

Но я до сих пор не могла понять почему.

Мое сердце учащенно забилось, а все беспокойство, которое внушала мне Пилар, завязалось тугим узлом у меня в груди. Мне это совсем не понравилось.

Невеселые мысли прервала директор галереи.

– Карлос повесил последнюю картину. – Она тяжело дышала, и в ней не было обычного спокойствия. – Это безумие. Надеюсь, вы знаете, что делаете.

– Пегги, с тобой все в порядке? – спросила я, но она уже ушла, торопливо направляясь к подиуму.

– Пожалуйста, внимание! – сказала она. Толпа притихла, и Пегги поприветствовала мэра города. Напряженное ожидание нарастало, пока мэр, выйдя вперед, распространялся о галерее, Сойере и любви жителей Уиллоу-Крика к искусству.

– Без дальнейшего промедления представляю вам «Впечатления» Сойера Джексона, – закончил мэр, сдергивая драпировку с первой картины.

По залу прокатились приглушенные вскрики удивления, но я смотрела на Сойера. Лицо его, и до этого мрачное, стало напоминать грозовое небо. Он был очень-очень зол, хотя я не могла представить себе почему.

Обернувшись, я увидела, в чем дело. Лучше бы я не оборачивалась.

Я оступилась, отшатнувшись назад, и Сойер поддержал меня, чтобы я не потеряла равновесие. Передо мной предстала картина, которую я никогда раньше не видела, должно быть та последняя, которую повесил Карлос. И я поняла причину крайнего волнения Пегги.

– Господи, Фредерика, – прохрипела моя мать. – Скажи мне, что это не ты.

Если бы только я могла. Но я потеряла дар речи и не могла ничего придумать. Как можно объяснить происхождение этой небольшой картины, на которой была изображена я без какой-либо одобряемой Лигой одежды?

Напряжение, исходящее от Сойера, распространялось по залу.

– Черт.

Я не отрываясь смотрела на картину, она меня притягивала, но было что-то болезненное в этом чувстве. Я могла думать в этот момент только о том, что, идя под дождем за Сойером, я уже тогда знала, что буду горько жалеть об этом. После дождя и душа волосы мои выглядели ужасно – дикие космы. Да, дикие. Правда, слава Богу, Сойер изобразил меня в рубашке, хотя она была почти вся расстегнута и спадала с плеч. Это напомнило мне, на что я смотрю: мое собственное скандальное изображение. Вдобавок ко всему на руке сверкал самоварным золотом вульгарный браслет.

У меня потемнело в глазах.

Все вокруг шептались, и мне стало интересно, смогу ли я незаметно исчезнуть. Это было нелепо. Даже у меня не было такой власти. Эта мысль напомнила мне о том, кто я такая. Фредерика Мерседес Хилдебранд Уайер.

Я вздернула подбородок.

Выпрямила плечи.

Собрала все свое самообладание.

Никто здесь не увидит меня в растрепанных чувствах. Я буду полностью контролировать ситуацию, хоть это и представляет некоторые

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.