Дьявол в Лиге избранных стр. 40
нее вряд ли кто сможет придать хотя бы видимость респектабельности всей этой истории.
Я набрала номер:
– Мама?
– Это ты, Фредерика?
– А кто еще называет тебя мамой?
– Сарказм не только не идет леди, но и абсолютно неуместен. Мирна укладывает мне волосы, и в тот момент, когда я подняла трубку, она как раз делала мне моментальный спрей, так что я тебя почти не слышала.
Это все вранье. В «моментальном спрее» не было ничего моментального – так моя мать называла процедуру, когда парикмахер заливал ее волосы лаком. Блайт Хилдебранд была одной из немногих женщин в Техасе, кто все еще делал прическу раз в
неделю. Лак позволял сохранить укладку в порядке все семь дней. Лак, и еще «не вертеть головой во время сна». Я убеждена, что с тех пор как моя мать стала взрослой, она ни разу как следует не выспалась.
Услышав про планируемое чаепитие у Никки, моя мать заявила:
– Она не нашего круга, дорогая. Естественно, мы не можем ее принять. – Видимо, моя мать не верит во всеобщее равенство.
– Мама, ну перестань. Никки всегда была очень мила.
– В ЛИУК не нужны милашки. Нам нужно хорошее происхождение, которое может поспособствовать общему делу. Хорошие семьи, хорошие связи дают возможность изыскивать хорошие пожертвования, с помощью которых мы можем совершать добрые дела.
Я и сама это прекрасно знала, но это было не то, что мне хотелось услышать в данный момент.
– Ну сделай это ради меня, мама.
Ее удивило, что я обратилась к ее чувствам.
– Пожалуйста, приди на ее прием, – уговаривала я. – Я не жду, что ты это одобришь, но было бы мило, если б ты оказала мне поддержку – ведь я же твоя дочь.
– Поддержать дочь в ее безумствах? – Мама тяжело вздохнула. – Зачем тебе все это?
Меня не так-то легко сбить с толку, и я не собиралась выкладывать матери всю правду.
– Я думаю, Лиге не помешает немного свежей крови.
Мать рассмеялась.
– В этом я как раз сомневаюсь, – сказала она. – Ну ладно, приду.
Насколько я знала свою мать, она никогда не стремилась узнать правду любой ценой, если чувствовала, что эта правда ей не понравится. Она руководствовалась в жизни девизом «Меньше знаешь – крепче спишь», что позволяло ей не чувствовать себя обязанной что-либо предпринимать в неприятной ситуации. У нее это получалось гораздо лучше, чем у военных.
– Во всяком случае, – продолжала она, – это хороший повод посмотреть на кошмар, который они зовут своим домом.
Моя мать была снобом, а точнее – снобом в превосходной степени. Почти все в городе полагали, что она происходила из почтенного старинного богатого семейства. Как бы не так. Это у моего отца были деньги старого доброго семейства. Вот вам яркий пример того, что в новоиспеченных аристократах снобизма гораздо больше, чем в потомственных.
Вот какой версии о встрече с моим отцом придерживается мама.
«Как только твой отец увидел меня, он понял, что жить без меня не может. Это произошло в университетском кафетерии (мама умалчивает о том, что работала там официанткой, а не была студенткой). Он сказал „Привет!“, и мы поняли, что это любовь с первого взгляда».
Когда ее спрашивают о знакомстве с семьей отца, она уверяет, что