Дикая сердцем стр. 2
страну? В страну, в которой я родилась и гражданство которой у меня по-прежнему есть, конечно, но в которой я не жила уже более двух десятилетий.
Его глаза сверкают решимостью.
– На Рождество.
Я смеюсь.
– До него всего месяц!
– И что? Тебе не хватит времени? – Это вызов, брошенный в типичной для Джоны прямолинейной манере. – Я отменил свою поездку в Осло к маме. И Агги с Мейбл будут тебе рады. Тем более что это первое Рождество без Рена. Тебе нужно приехать. – Его адамово яблоко дергается, когда он тяжело сглатывает. – Приезжай.
И где-то в словах Джоны, его тоне и том, как он смотрит на меня, я различаю тихую мольбу. По правде говоря, идея оказаться рядом с самыми близкими людьми моего покойного отца на праздники с каждой секундой выглядит все более заманчивой и все более осуществимой.
– Ладно, – выдыхаю я, и мой голос дрожит. – Если смогу, я приеду. Приеду, как только получится.
Он притягивает меня к своему крепкому телу и наклоняется, чтобы прижаться лбом к моему.
– Черт тебя побери, Калла, а ты знаешь, как заставить парня вспотеть.
Ухмыляюсь, потянувшись рукой вверх, чтобы провести кончиками пальцев по его заросшей щетиной челюсти. Я спрятала его бритву два дня назад, чтобы он не брился. Этот поступок показался мне поэтически
справедливым после того, как йети все лето прятал мои косметички у себя на чердаке. К сожалению, Джону это не волнует.
– Прости. Решилась всего несколько секунд назад.
Хотя, если быть честной, думаю, я знала ответ все время.
– Да неужели? Потому что ты не можешь сказать мне подобное, а потом струсить. Мне придется выставить дом на продажу прямо сейчас, если мы рассчитываем хоть на какой-то шанс переехать с Аляски к следующему лету…
– Не струшу, – обещаю я.
И закусываю губу, чтобы удержаться от признания, которое едва не срывается с языка, мои щеки краснеют.
Челюсть Джоны напрягается.
– Что?
«Я люблю тебя». Эти три слова предназначались ему с той самой секунды, как только я услышала его смех на нашем крыльце, и все же не могу найти в себе силы сказать об этом. Смешно, учитывая, что силы переехать на Аляску ради него я нашла. Наверное, это потому, что он попросил меня. Если бы Джона признался мне в любви, то ответ сразу бы слетел с моих губ, в то же самое мгновение. Однако этих важных слов он еще не произнес.
– Не передумаю, – вместо этого произношу я.
Взгляд Джоны становится более сосредоточенным, оценивающим, словно он пытается прочесть мои мысли.
– Ладно.
– Ладно. – Я выдавливаю нервный смешок. – Вот черт, мы сделаем это!
– Сделаем, и это будет здорово, вот увидишь.
Он снова целует меня, медленно и настойчиво, его ладонь гладит мой затылок, а пальцы перебирают распущенные волосы.
Кто-то бросает: «Свалите с дороги», и Джона отстраняется, чтобы бросить на него угрожающий взгляд. Маленький человечек со сморщенным лицом опускает голову и сразу же делает вид, что это был не он.
– Мне пора. – Джона смотрит на свои часы. – Я и так уже опаздываю. К тому же мы разозлили половину аэропорта.
Я встаю на цыпочки, чтобы украсть еще один его поцелуй.
– Позвони мне, как только приземлишься.
Я получаю одну из кривых ухмылок в ответ –