Дикая жемчужина Асканита стр. 168
Даже интонации у них были один в один!
К счастью, долго мучиться напрасными волнениями мне не дали, Ворон явно не был настроен на долгие уговоры. Он даже повторять свою просьбу не стал, просто швырнул Ардета на пол, аккурат к моим ногам.
Значительно потрепанный, грязный, окровавленный, с трудом поднимаясь, он не стал спорить!
Он даже не смотрел мне в глаза, только морщился от боли, поднимая руку, растопыривая пальцы в мою сторону. И я не думала, что он вот так просто согласится, и тем более, я даже не догадывалась, как всё это будет происходить, однако, проклявшая меня магия хлынула из меня так быстро, будто только этого все время и ждала!
Она стремительно и тщательно собирала все свои осколки, все свои крохи, и изгоняла их из моего тела, заставляя его меняться на глазах. Когда проклятье было наложено, я думала, что умру от боли, но теперь же было всё совсем по-другому.
Кожа начала светиться изнутри, изменяя не только свои свойства, но и изменяя внешний вид. К сожалению, со временем, проклятье въелось в меня настолько, что начало разрушать изнутри, даже если я не пользовалась магией вовсе. И теперь я буквально ощущала всем своим нутром, как изменяются и восстанавливаются все внутренние органы, а с ними и кровоток. Восстанавливались поврежденные, ослабшие мышцы, возвращалась к ним сила и упругость, которой так не хватало мне все эти годы. Дышать становилось легче с каждым вдохом, чувствовался какой-то странный подъем как и физических сил, так и душевных — мне как раньше снова захотелось жить.
Кожа начала светиться, приобрела былую матовость и упругость. Кажется, даже моя фигура слегка изменилась! Взгляд стал четче, зрение лучше, губы вмиг перестали сохнуть и трескаться, полность восстановилось утраченное обоняние. Я практически чувствовала, как укрепляются суставы и кости, как начинают отрастать волосы!
И не могла не заметить, как постепенно они удлинились и снова приобрели густоту, объем и прежний, тот самый редкий, роскошный перламутрово-черный цвет.
И эти изменение не были попыткой выдать желаемое за действительное или игрой моего воображения — их заметила не только я одна.
— Черная жемчужина Эльтинора, — не в силах отступить на шаг, негромко усмехнулся Ардет, вспомнив мое старое прозвище еще до того, как мои волосы и руки перестали светиться. В его словах уже не было презрения, как не было и жестокости, и жалости, и ненависти — теперь в них была только горечь. Горечь от того, что он когда-то совершил собственными руками, от того, что натворил, или от того, что потерял навсегда. Кто знает, что он на самом деле испытывал в этот момент?
— Нет.
Среди утихших аплодисментов, вместе с коротким замечанием вдруг послышался звук приближающихся шагов. Толпа, затихая окончательно, расступилась, давая дорогу тому, кто на самом деле всё это затеял — она давала дорогу Королю. Он остановился в нескольких шагах от нас, с видимым удовольствием рассматривая не только меня. Теперь он рассматривал всех нас. И довольно произнес, улыбаясь, ставя точку не только в соревнованиях, но и во всей этой истории, давая мне не только новое прозвище, но и новый отсчет нашей новой жизни:
— Дикая жемчужина Асканита.
Эпилог
— Если еще раз… если еще хотя бы раз меня разбудят