Библиотека

Дикий наездник стр. 144

Размер шрифта
-
+
Тема

альдари ужасы могут быть выпущены снова. Любое враждебное действие против моего народа, и, прежде чем погибнуть, мы откроем одно из твоих хранилищ и уничтожим твои владения.

— В угрозе-насмешке-хвастовстве нет необходимости. Септаплюрахия существует ради того, дабы стеречь-обслуживать хранилище-пространство-тюрьму. У нас нет намерения-амбиций-экспансии. Мы связаны общей нуждой-мира-выживания.

Как будто в знак доброй воли, четыре части массивной клетки пожирателя солнц с гулом закрылись, снова заперев полубожественное создание. С исчезновением сияния прожорливого солнца площадь погрузилась во мрак. Тюрьма-сооружение заскользила назад к вместилищу и опустилась в изумрудное свечение подземного города-гробницы.

После его ухода тень, что терзала небеса, рассеялась, выпустив из своей хватки остатки звездолета и позволив сумеречному свету пролиться на противостоящие армии. Иврайна почувствовала усиление Шепота, ибо фоновый гул ее народа вызывал знакомую дрожь присутствия душ.

— Нуль-поле поднимается, — заметил Эльдрад.

— Ваш вневременной-подкоп-мост теперь возможен.

Новые проемы в рядах бессмертных конструкций открыли путь для отрядов иннари и саймханнцев, которые добирались к площади из других частей города в сопровождении медленно марширующих фаланг некронтирских воинов. Транспортники и спешенные отделения двигались по расчищенным для них широким дорогам, словно отбившиеся от стада животные. С небес, под тенью безмолвных серповидных истребителей, опускались «Рассветные паруса» и другие десантные челноки и садились в клубах вздымаемой импеллерами пыли.

Осколок Войны скривился от зрелища, однако опустился перед Иврайной на колено, выказав ей почтение за миг до того, как ослабить контроль. Его пламя угасло, а железная плоть стала пепельно-серой, после чего рассеялась на взявшемся из ниоткуда ветру. На его месте остался стоять Мелиниэль, окруженный золотым нимбом, который затем втянулся в Сердце Азуриана у него в груди.

Автарх поднялся и подошел к Иврайне.

— Как я ни был бы убежден в искренности фаэрах, не будем искушать судьбу, оставаясь здесь дольше необходимого.

— Согласна, — ответила Иврайна. Она вложила меч Скорби в ножны и согнула руку в локте, чтобы на нее запрыгнул Алоринис. Гиринкс шмыгал рядом, в целом выглядя спокойным и лишь тревожным подергиванием хвоста выдавая пережитый им недавно кошмар. — Оставим Агариметею мертвым.

Наблюдая за тем, как Открывающая Седьмого Пути ступает по трапу «Рассветного паруса», Арадриан не переставал изумляться тому, что кто-то вообще выжил. Он почувствовал, как в отсек вошла Цибилаху, но продолжил смотреть в боковое окно, провожая взглядом Визарха, Мелиниэля, а затем и Эльдрада, когда те последовали за Иврайной.

— Оно всегда так? — поинтересовался он.

— Как «так»? — произнесла бывшая друкари, прижавшись к оконной панели, чтобы взглянуть самой.

— Как будто живешь в мифе. — Он глубоко вдохнул. — Полубоги и аватары, пожиратели солнц и некронтир… Если бы мне кто-то рассказал о подобном, я бы счел это изложением истории Войны в небесах.

Она мягко рассмеялась и отступила назад.

— Не всегда. Но частенько.

Он вернулся к люльке пилота и занял свое место в ожидании команды ко взлету, но решил пока не пристегиваться. Он извлек из поясного кармана камень души Диамедин и провел пальцем по его гладкой поверхности.

— Мы в самом деле найдем пятый старушечий меч и поможем альдари переродиться?

— А тебе это важно? Ради этого ты был готов умереть?

Арадриан нахмурился:

— Конечно важно! Если мы хотим вызволить наш народ из лап Той-что-жаждет, Шепчущий бог должен вознестись. — Арадриан стиснул камень души между ладонями. — Чтобы каждая душа смогла

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.