Динамит пахнет ладаном стр. 106
и видишь двух одинаковых ковбоев, только одетых по-разному. «Да они все и есть ковбои, все из пастухов вышли, — подумал Захар. — Только одни пошли дальше, а другие застряли в навозе».
Проще всего было работать с немцами. Те дисциплину понимают. Поляки тоже легко подчиняются, и вообще приятные ребята, да только верить им нельзя. Ни одно дело до конца не доведут, а разговоров-то, разговоров! Все герои, все готовы сердце из груди вырвать и бросить в огонь революции — а домой-то никто не спешит. Революция — такая штука, которую лучше готовить за границей, в сытой благополучной стране с добрыми полицейскими и чистыми тюрьмами, куда, если и загремишь, то ненадолго и без ущерба для здоровья…
Русские — вот самая надежная сила. Им, бывало, надо по сто раз повторить задачу, но зато потом можно не сомневаться. Сказано бросить бомбу в карету — он бросит. Ни на охрану смотреть не будет, ни о себе не подумает, подойдет и бросит. Русские лучше всех пригодны для дела, это точно.
Но сейчас ему надо было подчинить себе техасцев. И, кажется, у него это стало получаться.
— Вот здесь и стой, — приказал Захар.
— Я на камень присяду, ладно?
— Ну, присядь, чтоб не так заметно было.
Дорогу уже заволокли седые пряди тумана. Захар услышал цоканье копыт, а потом из белесой мглы показался силуэт всадника.
«Он?»
Захар потянулся к кобуре, но тут же узнал во всаднике местного шерифа.
— Доброе утро, мистер Бакстер! — приветливо заулыбался Захар, шагнув ему навстречу. — Что вы тут делаете в столь ранний час?
— Точно такой же вопрос и я вам могу задать, — сурово ответил шериф. — Я тут по делам службы. А вы?
— И меня сюда пригнала работа, — Захар развел руками. — Мы в «Стальной Звезде» не знаем, что такое восьмичасовой рабочий день, что такое выходные и прочие блага цивилизации. Работаем сутки напролет.
— Я облегчу вашу работу. Мне прислали ордер на арест Орлова. Я его задержу, а вы можете спокойно отправляться домой.
— Железная дорога ведет свое расследование, и он нам нужен как свидетель.
— Вот и получите своего свидетеля. Только сначала я доставлю его к судье Томпсону в Сан-Антонио, в федеральный суд. Сдается мне, эта инстанция малость повыше частной железнодорожной компании? Или я что-то путаю?
Не дожидаясь ответа, шериф прогарцевал мимо Захара и направился к дому Орлова.
— Что будем делать, Зак? — спросил Билли. — С шерифом лучше не ссориться.
— Мы и не ссоримся. Пусть ждет. И мы будем ждать. Посмотрим, кто первым дождется.
— Не понял. Если…
— Что тут непонятного? — раздраженно спросил Захар. — Увидишь — стреляй. Думаешь, он даст себя арестовать? Не тот человек. Ему терять нечего. Он и шерифа завалит, не сомневайся. Ты бы согласился придти к судье, который отправит тебя на виселицу? Орлов — вне закона.
— Но если у шерифа ордер…
— Ты лучше о себе подумай, а не о шерифе. Если Орлов выстрелит первым, никакой шериф тебе не поможет.
— Вряд ли он выстрелит, — заявил Билли, похлопав себя по кобуре. — Вряд ли он успеет даже глаз скосить в мою сторону, как станет покойником.
— Надеюсь, так и будет, — улыбнулся ему Захар, мысленно похоронив трепача.
Туман — это хорошо. Орлов не станет дожидаться ночи, а постарается пробраться