Библиотека

Динамит пахнет ладаном стр. 156

Размер шрифта
-
+
Тема

голову.

— Дождь, — сказала она. — Промокнешь.

Дождь? Он провел ладонью по лицу и волосам. Мокро. Дождь.

— Я проиграл, — сказал Орлов. — Пытался блефовать. И проиграл. Медвежонка убили.

— Жаль его, — отозвалась Вера.

— Я ошибся. Всё напрасно. Я говорил с Хелмсом так, словно за мной стоит армия. «Мы такие, мы сякие, мы сами заберем ваш динамит, мы вас в пыль сотрем…» — Он потряс флягой возле уха и с отчаянием убедился, что она пуста. — Нет ничего. Ничего не осталось. Я просто забыл, что ничего не осталось. Вера! Говорю без фанфаронства, на войне я ходил по турецким тылам, как по собственному огороду. Спокойно, нагло. Потому что у меня за спиной стояли полки. Меня могли прихлопнуть, как муху! Но за мной шли колонны, конца-края не видно, пехота, драгуны, артиллерия. Их сила была моей силой. А здесь я кто? Никто. Раздулся, как пузырь. «Нам нужен динамит, и мы его возьмем!» Кому — нам? Нет никого.

Вера опустила голову на его плечо. Дождь стучал по одеялу, холодные капли скатывались по разгоряченному лицу.

— Ты все правильно сделал, — сказала она. — Не кори себя. Эти люди не верят словам. Их можно убедить только делом.

— Их можно убедить только пулей.

— Убьешь его? Тебе станет легче? А как же вагон с динамитом? Как мы его найдем без Хелмса?

Она спросила об этом так просто, будто речь шла о пропавшей безделушке. Подумаешь, всего-навсего один вагон динамита. Да только вот незадача — без Хелмса его не найти. Если б не вагон! А так-то, делайте, Павел Григорьевич, с вашим Хелмсом все, что душе угодно. Хоть целуйтесь, хоть на шпагах бейтесь. Но вагончик-то сыскать надобно, уж не обессудьте, граф…

— Прости, Вера, — сказал Орлов. — Прости меня.

— Что? За что?

— За то, что плохо о тебе думал. Прости. И за то, что пытался все сделать, не спросив тебя.

— Тебе надо отдохнуть, — сказала она. — Завтра у нас будет тяжелый день.

От ее спокойного голоса ему вдруг стало легко. Легко и стыдно.

— Я бы поел чего-нибудь, — сказал он.

— Ужин еще не остыл.

Она встала, стряхивая песок.

— Как ты думаешь, — спросила Вера, — сможет Кливленд достать мне женское платье?

— У него есть какая-то родня в городе. Помогут.

— Как хорошо, — сказала она. — Как хорошо, что он с нами.

«Как хорошо, что он не пошел со мной наверх, а остался с лошадьми, — подумал Орлов. — Если б и его убили, как Медвежонка, я бы не вернулся».

Вместе с голодом к нему вернулась способность соображать. Он жадно ел жирное горячее мясо, облизывал пальцы, рвал лепешку зубами, ел и нахваливал, а сам все думал об одном — в чем был его промах?

Хелмс пришел на переговоры. Значит, ему это было важно. Он мог бы наплевать на динамит. Но ему надо было выяснить, кто вмешался в его игру. Неужели он понял, что ему противостоит одиночка? Неужели раскусил блеф? И каким-то образом подал сигнал своим боевикам?

Но это же безумие — начинать стрельбу, пока Хелмс не вышел из номера. Почему они были уверены, что Полковнику ничто не грозит? Или им было все равно?

Но как же Медвежонок позволил себя убить?

Орлов вспомнил, как боевик палил в него, прикрываясь девицей. Возможно,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.