Динамит пахнет ладаном стр. 42
раздавить любого, кто только попытается создать для них малейшее неудобство — не говоря уже об угрозе.
Но Вере об этом лучше не знать. Пусть думает, что ее противник — ничтожество по имени Стиллер. А не один из хозяев жизни.
Орлов поддел веткой котелок, стоявший на углях, и переставил его на камень рядом с Верой.
— Ешь первая, мне оставишь половину.
— Как я люблю консервированные бобы, — улыбнулась она, запуская в котелок ложку. — Не поверишь, нахожу их вкуснее всяких деликатесов.
— А я люблю компот из персиков, — сказал он, глядя на лес, темнеющий внизу, под ногами.
Им не удалось до темноты выйти к перевалу. На ночевку остановились среди скал, в небольшой пещере. Глядя вниз, Орлов видел отсвет далекого костра, горящего под деревьями. Там пережидали ночь их преследователи. Они не прячутся. И они не отстанут. У них преимущество в скорости, к тому же их просто больше. Будь они порасторопнее и посмелее, давно бы настигли парочку беглецов. Впрочем, куда им спешить? Наступит утро — и все будет кончено.
Капитан Орлов вышел из пещеры, чтобы раскурить трубку. Луна порой показывалась из облаков, освещая мрачный пейзаж. Орлов отошел в сторону, чтобы дым не залетал в пещеру, и оглядел горы. Если бы не Вера, он бы не остановился на ночь. Склон тут был чистый и пологий, можно было бы подниматься и в темноте. «Да, если бы не Вера, — подумал он и усмехнулся. — Если бы не Вера, меня бы сейчас тут не было».
Он поглядел вниз, и сердце его забилось сильнее. Он едва не выронил трубку от волнения. Там, далеко внизу, в темноте мерцала едва заметная золотая точка. Еще один костер? Кто же мог его разжечь? Только тот, кому доверили охранять лошадей…
— Поешь, а то остынет, — послышался голос Веры.
Он выбил недокуренную трубку.
— Я не хочу. Доедай.
Она что-то спросила, но он уже не слышал ничего. Чуть ниже по склону росли две тонкие березки, их белые стволы будто светились в темноте. Он спустился к ним, на ходу доставая нож. Он спешил, ругая себя за потраченное время.
На то, чтобы изготовить из тонких стволов каркас для волокуши, ушел, наверно, час. Работая, он поглядывал вниз, боясь, что далекий огонек растворится в темноте. Но звездочка всё мерцала, Орлов мысленно прокладывал к ней путь, и скоро он уже не потерял бы дорогу к этому костру, даже если тот погаснет.
— Что ты там делал? — спросила Вера, когда он вернулся. — И поешь, я тебе оставила. Поешь, поешь, ты затратил много сил.
— Не страшно, дальше будет легче, — ответил он, торопливо выскребая из котелка остатки холодных бобов.
Он разгреб угли и вывалял в золе свой сюртук, а затем измазал сажей и брюки. Вера посоветовала:
— Надо было смочить одежду, тогда бы она легче замаралась. Мы пойдем сейчас, в темноте?
— Да.
— Разумно. Я сама хотела тебе это предложить.
Он подвязал одеяло к гибким стволам и взялся за передние концы волокуши.
— Карета подана, сударыня.
Вера ползком, охая, перебралась на волокушу.
— Угли надо бы загасить.
— Пусть тлеют. Если за нами следят, пусть видят, что в пещере есть свет. Ну, Вера, а теперь я прошу тебя только об одном — молчи. Что бы